Полководец улицы. Повесть о Ене Ландлере
- Автор: Фёльдеш Петер
- Год: 1977
- Язык: русский
- Год: Издательство политической литературы
- Переводчик: Нина Марковна Подземская
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Полководец улицы. Повесть о Ене Ландлере». Краткое содержание книги:
— Спасибо, что вы не забыли о моей просьбе, — обрадовалась госпожа Деак. — Я здесь с мужем и моей бедненькой протеже, — сказала она, когда Ландлер подсел к ним.
Господин Деак, как видно, очень устал за день и после выпитого вина хотел спать. Он поклонился, когда его представили, и продолжал сидеть неподвижно, улыбаясь и не говоря ни слова.
— Я обращаюсь к вам, конечно, за юридическим советом, — пролепетала госпожа Деак. — Не сердитесь на мою назойливость.
«На этот раз я буду бессердечным, — решил он, — и не возьмусь за новое бесплатное дело». Госпожа Деак рассказала, что у нее в доме, в соседней квартире, живет одна несчастная женщина. Ее сыновья, рабочие, трудятся в Будапеште, они уже люди самостоятельные. Много лет назад, похоронив мужа батрака, смолоду надрывавшегося на тяжелой работе, она приехала в столицу из маленькой задунайской деревушки. Вышла здесь снова замуж, но вскоре стала калекой: ее мучает такой жестокий ревматизм, что она почти не может передвигаться. Муж ее бросил. Единственное желание бедной женщины — избавиться от имени этого недостойного человека. Может ли она снова стать вдовой Хорват?
Ландлер тяжело вздохнул. Сколько трагедий, сколько горя! Разве вправе он отказать?
— Я все улажу, — тихо сказал он.
— Я знала это! — воскликнула госпожа Деак. — Вы очень обрадуете ее.
Разговаривая с Ландлером, она то и дело с улыбкой заглядывала через открытую дверь в танцевальный зал, объяснив, что смотрит на свою протеже.
— Неужели эта калека пустилась сегодня в пляс? — с удивлением спросил Ландлер.
— Нет, это ее дочка, — засмеялась госпожа Деак. — Умная, красивая, милая девушка. Я очень ее люблю. Ей девятнадцать лет. Братья поедом едят ее за то, что она не работает, А я жалею эту хрупкую девочку. И мысли не допускаю, чтобы она пошла на фабрику. С четырьмя классами школы она могла бы, конечно, служить в конторе, но женщинам мало платят, и стоит ли портить себе глаза ради жалких грошей? Знаете, господин адвокат, мне бог детей не послал; средства, спасибо ему, дал, ну, вот я и забочусь об этой девушке. Научила ее танцевать. Барышню из нее не хочу делать, но пусть она будет артисткой. — Госпожа Деак вдруг заволновалась. — Я жду здесь господина… — она назвала фамилию одного депутата от демократической партии. — Хочу представить ему девушку: насколько я слышала, у него тесные связи с Народным театром.
Театральные связи упомянутого депутата были довольно сомнительной славы. Но откуда госпоже Деак знать это?
В танцевальном зале оркестр внезапно смолк. Вскоре в дверях показалась девушка в сопровождении своего партнера. Подведя ее к столу, молодой человек поцеловал ей руку и удалился с поклоном. Это был юноша, которому Ландлер отдал в вестибюле свой значок. Девушка с милым личиком и рыжеватыми волосами оказалась той, у которой тогда кончились значки.
— Это господин Ландлер, он уже обещал помочь нам… Илона Хорват, юная балерина, — представила их друг другу госпожа Деак.
Ландлер и девушка сели, а госпожа Деак поднялась с места.
— Пойду поищу господина депутата. Илона пока сама изложит вам, господин адвокат, свою просьбу. — И она вышла из комнаты.
Слегка покраснев, девушка потупила взгляд и, словно желая покончить скорей с неприятным делом, торопливо заговорила:
— Вам сказала уже, наверно, тетя Йожефа… — Илона вдруг надула губки. — Но… При дядюшке я могу быть откровенной, он меня не выдаст и признает мою правоту. — Она кивнула молча улыбавшемуся господину Деаку, потом, глубоко вздохнув, обратилась к Ландлеру: — Тетя Йожефа говорила, наверно, просила вас… Нет, и думать нечего о сольных номерах… Если вы будете так любезны и окажете мне покровительство… Устройте меня в кордебалет. Мечты мои скромны. И не сердитесь, пожалуйста, признаюсь чистосердечно, я боюсь… я такое слыхала о тамошних нравах. Только ради заработка стремлюсь я попасть на сцену. Правда, я люблю танцевать. Но думаю только о постоянном заработке. — Слово «постоянный» она подчеркнула, лицо ее стало пурпурно-красным. — Знаю, что он невелик, но мне немного надо…
Господин Деак вдруг пошевельнулся. Лицо его выразило смущение, он робко посмотрел на девушку.
— Простите, я адвокат, — перебил Ландлер Илону. — Дело вашей матери…
— Боже мой! Я все перепутала! — заволновалась Илона и в отчаянии закрыла лицо руками. — Ой, как мне стыдно!
— А почему бы в конце концов вам не рассказать обо всем мне? Я юрист, и ничто человеческое мне не чуждо, — приободрил он девушку.
— Тетя Йожефа такая доверчивая, простодушная, — продолжала Илона, и краска сбежала с ее лица. — Верит всем и каждому. Верит в мои способности и успех, в то, что кто-то поможет мне… А преподавательница в балетной школе непрерывно твердит: «Возьмитесь за ум… иначе дело не пойдет». Так надоело это «возьмитесь за ум»!