Цивилизации Сахары. Десять тысячелетий истории, культуры и торговли. 2-е изд.
- Автор: Гаудио Аттилио
- Год: 1985
- Язык: русский
- Год: Наука
- Переводчик: Г. А. Матвеева
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «Цивилизации Сахары. Десять тысячелетий истории, культуры и торговли. 2-е изд.». Краткое содержание книги:
После второй мировой войны у туарегов осталось много магазинных винтовок, однако еще до 1950 г. французские власти их изъяли. Сейчас в Axarrape и в Тассили лишь изредка встречаются итальянские винтовки довоенного образца. Из-за нехватки огнестрельного оружия снова приобрело большое значение традиционное вооружение туарегов: длинное железное копье, меч с прямым клинком, кинжал, который носят в ножнах в левом рукаве, и большой прямоугольный щит из шкуры антилопы или верблюда.
Даже с таким примитивным оружием туарегам удалось завоевать уважение всего соседнего населения, основать могущественные государства и в течение долгого времени оказывать сопротивление арабам, суданцам и европейцам. Еще и сегодня они прибегают именно к этому оружию для урегулирования споров между племенами, т. е. в междоусобных войнах, столкновениях между царьками или вождями.
Нужно, однако, сказать, что туареги имеют свой рыцарский кодекс, в котором они очень четко проводят различие между войной (амджер) и грабежом (эджен).
Первое слово означает открытое сражение между племенами или объединениями племен, тогда как второе — кражу с помощью засад или неожиданных нападений.
Грабеж может сводиться к угону скота у одной или нескольких семей либо у соперничающего племени и обходится, как правило, без кровопролития, разве что хозяева пытаются защитить или отбить своих животных.
Инстинктивная жажда приключений толкает туарега на кражу не только коз, верблюдов и овец, но и драгоценностей, одежды и оружия, принадлежащих другим племенам. Еще недавно поселения суданских негров подвергались молниеносным нападениям грабителей, предпринимавшихся с целью захватить рабов. В то время как грабежи совершаются обычно летом, лучшим сезоном для войны считается, напротив, зима, время, когда легче найти пастбища для верблюдов и гораздо больше дичи в пустыне.
Как грабежи, так и войны подготавливаются и проводятся очень четко. На каждую операцию назначается верховный вождь, требующий полного повиновения. Он распределяет добычу, причем доля каждого воина устанавливается заранее, в ходе разработки плана нападения, и зависит от возложенной на него задачи.
В одной старой песне туарегов говорится: «Дай мне мехари, седло и шатер — и я буду счастлив».
Действительно, туарег проводит большую часть жизни верхом на верблюде, который дает ему возможность жить в пустыне и, если это необходимо, быстро передвигаться. Коричневый верблюд обеспечивает его молоком (шесть — восемь литров в день), мясом, шерстью, лекарствами (моча, например, используется как дезинфицирующее средство). Туарег перевозит на этом животном и свое имущество, ведь верблюд переносит до 250 кг груза.
Однако только мехари делает туарега счастливым и приносит ему ощущение свободы на просторах пустыни. Мехари, которые находили прежде применение в военных подразделениях французов в Сахаре, а также англичан и итальянцев, сделали грозными неожиданные атаки туарегов. Этот верблюд поистине их неразлучный спутник: хозяин часто бывает обязан ему жизнью. Нередко от мехари зависит, спасется ли туарег от преследования врагов, от песчаной бури, доберется ли вовремя до колодца с водой, сумеет ли убить резвую антилопу или газель.
На мехари туарег нагружает все, что ему может понадобиться в пути. В большую квадратную сумку из ярко окрашенной кожи, привязанную к седлу, он кладет еду, одежду, жевательный табак, смешанный с солью, бурдюки, наполненные маслом, пачки чая и и несколько кастрюлек для его приготовления.
Когда прозрачный и пылающий закатом горизонт возвещает о приближении ночи, туарег привязывает колышку веревочную уздечку (она прикреплена к железному кольцу в правой ноздре мехари), с помощь которой управляет животным; разбивает свою палатку, сшитую из шкур или вытканную из шерсти верблюда, овцы или муфлона, вносит внутрь сбрую и сумку, сооружает из трех камней очаг и зажигает перед палаткой огонь.
Пока на пустыню быстро опускаются холодные ночные тени, туарег садится на корточки перед огнем и пьет душистый чай. Часами он остается неподвижным, один перед девственной, необъятной природой. Молится ли он? Приходят ли к нему воспоминания? Страдает ли он от одиночества или наслаждается своей свободной жизнью?
При знакомстве с туарегами первое, что поражает больше всего, это частое использование ими христианского символа — креста. И верхушка седельной луки, и головка эфеса меча или кинжала имеют его форму.