Каменные часы

«Однако странно ведет себя», — подумал Неведов устало, давая дворнику выговориться. А тот строчил, как из пулемета:

— Не рубленый у него домик, а финский, сборный из щитов. Кухня, газ, водопровод, все — по высшему разряду. Телепупер. Извините, то есть ящик цветной, телевизор. Холодильник марки «Минск», трюмо…

— Как называется деревня? — перебил Неведов.

— Так это Заборье. Прямо около графолинской дачи остановка, и на табличке автобусной написано: Заборье. Деревня там или дачный поселок — не знаю. Напрасного не хочу говорить. Высоковольтная линия интересует? Совсем близко от дороги проходит. — Федот Егорыч дернул плечиком и развел руками: — Больше ничего, кроме пузырька, то есть, извините, бутылки, не видел. Мебель поставили и праздновали благополучное заселение. Смутно еще помню, что какой-то амбал, то есть, извините, здоровый уж очень мужчина приходил, принес целый портфель водки и мне налил тонкий стакан под завязку.

Неведов достал из бумажника фоторобот.

— Не этот случайно?

Федот Егорыч оживился, посмотрел фотографию даже вверх ногами, и близко совсем изучал, и отставлял руку подальше. И Неведов понял, что дворник сразу узнал, но по какой-то причине не захотел говорить.

— Как будто он, а вроде и другой не́кто.

— Что же это за не́кто? — хмуро засмеялся Неведов.

Федот Егорыч тоже улыбнулся, но глаза его, такие бойкие и юркие, сразу поскучнели.

— Боюсь ошибиться, — сказал он виновато, — выпивши тогда был. Вполне мог обознаться.

— Кто-нибудь еще был в тот раз?

— Может, и был, так я же сомлел. Не помню и брать лишнего на себя не хочу. Так ведь желтая куртка как бы в глазах стоит, а зачем она, что в ней особенного, и почему врезалась в память — начисто забыл. В Заборье я ехать готов, да что толку, если не имею понятия про дорогу и в какую это сторону.

И Неведов отпустил дворника. Наболтал с три короба. На лавочке у подъезда курил Быков.

— Три звезды уже упало, — сказал он, и огонек осветил слабым светом его круглое темное лицо.

— Да, Силыч, начался звездопад, — ответил Неведов, присаживаясь с ним рядом, — о чем думаешь-то?

— Мишку Медведева вот сегодня первый раз на серьезную работу повез. Чудно, как парень изменился. Полдня прошло, а человек уже другой. Конечно, он для себя всегда один и тот же, словно ничего не случилось… Идет время, Николай Иванович, давно ли и ты вот так ехал?

— Тогда я был счастлив, — сказал Неведов, — по минутам помню тот день. И знаешь, завидовал я сегодня Мишке.

Быков помолчал и спросил:

— Слышал я, что ты уходишь от нас в управление? Или зря ребята всполошились?

— Пока рано об этом говорить. Давай, Силыч, посмотрим карту. Где-то вблизи Каширского шоссе, за тридцатым километром, а может, и много ближе, есть деревня Заборье.

— И смотреть нечего, — сказал Быков, — прошлый год я там в доме отдыха весь отпуск жил — деревня с домом отдыха рядом, — по субботам ездил в Москву. Павелецкая дорога, если добираться на электричке.