Быть мужчиной. Современная мужественность без насилия, доминирования и страха
- Автор: Робинсон Мартин
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Манн, Иванов и Фербер
- ISBN: 9785001697992
- Переводчик: Глеб Тржемецкий
- Жанр: Психология
Электронная книга - «Быть мужчиной. Современная мужественность без насилия, доминирования и страха». Краткое содержание книги:
Саймона Ганнинга я встретил у места начала прогулки; он радовался огромному количеству участников.
— Некоторые думают, что работа в CALM — мрачное занятие, — рассуждает он, — но это лучшая работа. Это весело, это заставляет нас улыбаться — как и любое хорошее дело, ведь мы боремся со смертью на стороне жизни. Посмотри, сколько вокруг живых людей. Это то, что нам нужно.
Мой коллега, Марк Сэндфорд, соучредитель проекта The Book of Man, был здесь же, где-то посреди всей этой жизни. Он написал мне в WhatsАpp после полудня.
«Ты пошел тренироваться сегодня? Приложение сообщает, что ты на тренировке».
«Приложение?»
«Да».
«На тренировке?»
«Да».
«Нет, я ем в “Макдоналдсе”. А ты пошел?»
«Нет, я пью красное вино».
Мероприятие было отлично организовано: кроссовки, плащи, вода в бутылках — все такое. Я взял пару кроссовок и надел дождевик, однако от холода меня защищала лишь поясная фляжка с коньяком. И тут я испугался. Нам предстояло пройти 32 километра по северному и южному берегам Темзы, от Гринвича до Овала и обратно. Звучало неплохо, но, наблюдая за тем, как разминаются остальные, я подумал, что подобная нагрузка может стать шоком для организма. Особенно для тех из нас, кто успел выпить красного вина. Когда я, получив фирменный шарф CALM, прикреплял номер, из толпы появился Марк. Даже с 50 метров я увидел, что он подшофе. Он улыбался мне, и в этот момент я вспомнил сцену с лифтом из фильма «Сияние».
— Сколько ты выпил?
— Несколько бутылок. — В его улыбке проскользнул пиратский оскал. — Я в норме. Все должно пройти отлично.
Я согласился: да, все должно пройти отлично. Пусть это 32 километра, но мы же планируем идти, а не бежать. К тому же мы мужчины. Не нужны нам никакие тренировки. Мы просто пойдем и покорим эту дистанцию!
Когда нас обогнал кто-то на костылях, пришло время признать: мы облажались.
Каждая мышца моего тела — от век до пальцев ног — билась в агонии. Марк следовал за мной походкой человека, которому ноги по ошибке приделали не той стороной. Мы в этот момент напоминали любого, кто, пребывая в гордом невежестве, ввязался в безнадежное дело в надежде проскочить. Мы — мяч, вылетевший за пределы поля. Мы — тот, кто полез через забор и зацепился промежностью за гвоздь. Тот, кто врезал кулаком по осе, севшей на нос.
К этому моменту мы шли четыре часа и преодолели порядка половины пути. Часы показывали около двух часов ночи. Протяженность и характер прогулки предполагали, что количество участников будет уменьшаться; периодически группа идущих сокращалась до 15–20 человек, порой до 4–5, а иногда шли только мы двое. То есть мы не слишком-то походили на участников какого-то мероприятия, чаще выглядели просто группой забулдыг в одинаковых шарфах. Чуть раньше какой-то пьяница, выходя из паба, толкнул меня плечом, явно нарываясь на драку, однако я вежливо отстранил его: никому не нужны заголовки в стиле «Драка на благотворительной прогулке». Да и вообще-то я слабак. Еще один парень в расстегнутой рубашке приветствовал нас у здания парламента: «Посмотрите на себя, придурки гребаные». Прекрасная группа поддержки.
Что это? Попытка вести себя как Мужчина? Это взбесило меня. Вся эта узколобая агрессия вызвала во мне желание врезать кому-нибудь. Возможно, настало время подняться наконец и отомстить всей этой чертовой помойке.
— Конфетку? — Марк захватил сладости.
Так намного лучше.
Я попробовал сконцентрироваться на своих чувствах: да, я далеко не образец добродетели. Во мне полно гнева — вызванного как минимум порочным инстинктом осуждать и проклинать. Если бы удалось поговорить с теми мужчинами, которые доставали нас, потом, когда они протрезвеют, что мы узнали бы? Скорее всего, выяснилось бы, что у них психические проблемы, зависимости, жизненные неурядицы. Счастливые люди так не поступают, ведь верно?