Русская жизнь-цитаты 14-21.11.2021

Всенаука – Posts | Facebook,"Друзья, мы к вам с вау-новостью!  Совсем скоро бесплатных книг станет на-а-амного больше! А все потому, что мы запустили второй этап сбора денег на их выкуп. Только что стартовал наш краудфандинг, где за помощь вас как обычно ждут шикарные награды. Давайте сделаем это вместе!  Кстати, среди новых книг большая часть от наших авторов. Очень скоро бесплатными станут книги Аси Казанцевой, Станислава Дробышевского, Екатерины Шульман, Александра Панчина, Сергея Попова, Александра Пиперски и много других. Конечно, с вашей помощью! Очень Будем благодарны и за ваши репосты.  https://planeta.ru/campaigns/digiteka2/",Всенаука – Posts | Facebook,https://www.facebook.com/vsenauka/posts/1079662359518638,2021-11-16 04:10:23 -0500

Facebook,"Гонения на правозащитные организации в России – явление печальное, но закономерное. Режим, тяготеющий к тоталитаризму, никогда не смириться с существованием хотя бы мало-мальски независимых общественных и политических центров. Даже если они подчиняются драконовским законам и согласны на контроль со стороны власти. Всех выдавят в андерграунд. С другой стороны, если правозащитные организации могут быть ликвидированы простым лишением их государственной регистрации, то так ли уж велика их ценность?",Facebook,https://www.facebook.com/alexander.podrabinek/posts/4504644836320509,2021-11-16 04:14:48 -0500

Раздвоение памяти. Зачем закрывают «Мемориал» - Московский Центр Карнеги - Фонд Карнеги за Международный Мир,"особенность «Мемориала» в том, что писать о сообщении, созданном иностранным агентом, предполагается рядом с текстами, которые рассказывают о людях, многие из которых были лишены свободы или убиты как иностранные агенты.  Таким образом, государство создает дурное зеркало, где об иностранных агентах прошлого помнят иностранные агенты настоящего – это их, так сказать, внутреннее иноагентское дело, а обычные граждане брезгливо проходят мимо. В наиболее радикальном истолковании нынешний закон опрокидывается на прошлые репрессии, легитимируя их задним числом: видите, «Мемориал» нарушает, вот и тогдашние иноагенты нарушали, а значит, и у них была все-таки какая-то вина.   «Мемориал», со своей стороны, делает нечто ровно противоположное: ставит нынешние преследования, где есть подозрение на политические мотивы, в контекст советских репрессий и этим особенно раздражает современное государство, которое хочет уйти от таких сравнений и пытается быть «государством всех россиян» – как участников репрессий, так и их жертв.   Мемориальные комплексы В попытке запретить «Мемориал» многие увидели крутой и откровенный поворот к сталинизму, полную реабилитацию коммунистических репрессий. Раз «Мемориала» нет, значит, все позволено. А НКВД действительно казнил врагов государства – «иностранных агентов», каким объявлен и сам «Мемориал», – и правильно делал. Это пока не так, хотя и в государственных органах, и в среде вечно раздраженных обывателей множество тех, кто хочет, чтобы было именно так, и ликвидация «Мемориала» для них – важный шаг в нужном направлении.   В действительности речь идет о конкуренции за память, где российское государство, как и во многих других областях, хочет иметь монополию. Память о войне уже открыто объявлена сферой национальной безопасности, и память о репрессиях движется в том же направлении. А вопросы национальной безопасности курируют спецслужбы, чьи предшественницы и занимались репрессиями. Так, парадоксальным образом спецслужбам доверено курировать память о самих себе.  Сбывается мечта любых спецслужб – ссылаясь на секретность своего дела, выйти из-под общественного контроля. Обычно речь идет о настоящем, но в случае России это правило расползается и на прошлое. «Мемориал» – институт контроля прежде всего за прошлым спецслужб, но даже такое наблюдение за прошлым вызвало их раздражение.  Его причина понятна: если коллеги-предшественники в прошлом могли столько всего наворотить и так навредить государству, люди могут подумать, что мы и сейчас можем, а это дискредитация и помеха в работе. Поэтому для национальной безопасности в настоящем полезнее считать, что прошлые репрессии были так или иначе оправданы.  Показательно тут выглядит портрет Генриха Ягоды, который мелькнул в одном из помещений, где допрашивали Навального после его возвращения из Германии. Не Дзержинский, основатель советского ведомства, а персонаж, сомнительный по всем параметрам, – стоящий одновременно в ряду разрушителей государства, палачей и казненных врагов народа. И даже ему нашлось место в почтительной корпоративной памяти, которая, преодолевая сомнения в прошлом, должна исключать лишнюю рефлексию о настоящем.   Здесь органы правопорядка находят понимание у многих высших лиц государства: память о прошлом не должна быть помехой. Если госорганы преследуют кого-то в настоящем – хоть Ивана Сафронова, хоть Сергея Зуева, хоть сам «Мемориал», – не надо ставить под сомнение правомерность преследований, помещая их в контекст прошлых беззаконий, «это другое». Так не только спецслужбы оказываются конечным контролером своей работы, но и «Мемориал» – жертвой собственной деятельности, зеркально отражая путь своих героев.",Раздвоение памяти. Зачем закрывают «Мемориал» - Московский Центр Карнеги - Фонд Карнеги за Международный Мир,https://carnegie.ru/commentary/85782?fbclid=IwAR1OrhTAYSMBrhjxhKW4GV2SuSGtqV7-UGAW4nFN0Xb8ybkeqQdNnnMu4dM,2021-11-16 05:08:13 -0500