Сияние славы самурайского сословия [litres]

Как обстояло дело в действительности

Если верить японскому историку Райдзё Сисэю, в годы правления Дзимму Тэнно и его ближайших преемников жизнь державы Ямато была предельно военизированной, причем Император Страны Восходящего Солнца был, в отличие от Микадо-Тэнно последующих эпох, в первую очередь, верховным военачальником:

«В первые времена государственная организация была проста, гражданские и военные функции были объединены. Все в государстве были воинами, и верховным предводителем их был Император; министры составляли при нем свиту помощников. Когда наступало время военных действий, Император сам лично брал на себя труды по ведению походов. Если же предводительствовал не он сам, то его заменяли сыновья или Императрица. Подчиненным никакое дело не поручалось. Благодаря этому верховная власть находилась в Императорских руках, она признавалась по всей стране и, постепенно распространяясь, достигла Кореи и Сюкосина, приходившихся японским государям данниками».

Крайне интересным в данной связи представляется исполнение функций Верховного Главнокомандующего всеми вооруженными силами Страны Восходящего Солнца не только самим японским Императором, но и его супругой. Такой воительницей считалась, по легендам, регентша Окинага-тараси-химэ, она же Дзингу (Дзинго) Кого, вставшая (жестоко отомстив «северным варварам» кумасо за гибель в бою с ними своего супруга-Императора Тюая, четырнадцатого по счету правителя династии Ямато), вместе со своим сыном принцем Хомудой (Помутой), во главе японского войска, предпринявшего первую исторически засвидетельствованную попытку экспансии за пределами собственно Японских островов. Это произошло, по мнению многих историков – например, Ведемейера (Wedemeyer. Japanische Fruehgeschichte, Tokio 1930.) или Куно (Kuno. Japanese Expansion. California 1937.) около 363 года п. Р.Х., то есть примерно через триста лет после высадки обитавших ранее в южной части острова Кюсю племен Ямато на полуострове Кии – cреднеяпонском полуострове, известном ныне, прежде всего, расположенными на нем святилищем Исэ и городом Осакой. Именно там началось возвышение клана Ямато, ставшего в течение нескольких столетий господствующим кланом (чье высшее семейство сделалось, в конце концов, Императорским Домом Японии), еще не распространив свою власть на все острова Японского архипелага, зажатые в тиски между враждебными северояпонскими племенами и существовавшими в Южной Японии, на острове Кюсю, многочисленными царствами (королевствами). Как и в ходе всех последующих попыток внешней экспансии японцев, целью военной экспедиции была, в первую очередь Корея. Уже тогда Северная и Центральная Корея на протяжении столетий находилась под сильнейшим политическим и военным влиянием Китая (Срединного Государства, или Поднебесной Империи), в то время как Южная Корея, раздробленная на несколько враждовавших между собой царств (королевств), тоже находилась под влиянием Китая – но только культурным. Именно высадившиеся на территории Южной Кореи японские завоеватели, воспользовавшись ее политической раздробленностью, впервые попытались установить свое господство над ней. Поначалу японцы покорили одно из королевств Южной Кореи – Силла – (хотя согласно японским героическим легендам они покорили всю страну), заставив его платить дань державе Ямато и подчинив своему влиянию другое южнокорейское королевство – Пэкче (впоследствии принц Хомуда, взошедший на престол под именем Императора Одзина, был, как победоносный полководец, даже обожествлен на родных островах под именем Хатимана, и японцы стали поклоняться ему, как «богу лука и стрел» – богу войны). Однако власть «сынов Ямато» над покоренными землями оказалось непрочной. Корейцы постоянно восставали. Триста лет продолжалась политическая и военная борьба за Южную Корею, пока в 663 году п. Р.Х. японские завоеватели не были, в кровопролитных и жестоких схватках, разгромлены объединенными корейскими войсками (в союзе с войсками вновь – в очередной раз! – обретшего единство Китая) как на суше, так и на море.