Мятежный Петербург. Сто лет бунтов, восстаний и революций в городском фольклоре

После смерти Бенкендорфа Третьим отделением руководил вспыльчивый и несдержанный Алексей Фёдорович Орлов. О нём в Петербурге ходили самые жуткие слухи. Опять, как и в давние времена, при небезызвестном С. И. Шешковском, заговорили о креслах, специально устроенных в кабинете Орлова. Будто бы эти сооружения по его команде опускались под пол вместе с провинившимся, который тут же получал «ощутимое возмездие за свои вины» по мгновенно обнажённым интимным частям тела. При этом, рассказывает легенда, ни исполнители, ни потерпевший не видели друг друга.

В 1880 году функции пресловутого Третьего отделения передали Департаменту полиции Министерства внутренних дел, вплоть до 1917 года располагавшемуся в этом же здании, на Фонтанке, 16. В 1923 году в дом у бывшего Цепного моста вселился Петроградский губернский суд. С 1956 года здесь располагался Ленинградский (ныне — Санкт-Петербургский) городской и областной суды.

Третье отделение просуществовало вплоть до конца 1870-х годов, и нельзя сказать, что его деятельность не оправдала ожиданий. Если не считать первых часов воцарения Николая I, ознаменовавшихся трагедией на Сенатской площади, в течение остального николаевского царствования в России не было практически ни одного крупного массового антиправительственного выступления. С индивидуальным террором Россия столкнулась только в первое десятилетие после смерти Николая I. А трагическим пиком этого неведомого ранее страшного общественно-политического явления стало покушение на императора Александра И, закончившееся смертью царя-освободителя, который, как утверждают историки, в день своего убийства собирался подписать первую в тысячелетней истории России конституцию.