Инженер страны Советов

– Погодь! Это как это? – Фёдор подался вперёд.

– А вот так! – я посмотрел на Николая, – ты пистолет положи куда подальше, а потом я буду рассказывать.

– Это ещё зачем? – удивился он.

– Ты сделай как говорю. Потом поймёшь зачем это.

Николай пожал плечами, но свой ТТ из кобуры вытащил и, встав из-за стола, положил на полку.

– Ну, рассказывай, что там у вас в будущем такого страшного.

– СОВЕТСКОГО СОЮЗА БОЛЬШЕ НЕТ!

– ЧТООО?! – Фёдор с Николаем оба вскочили, – Да я тебя, контру..! – Николай схватил меня одной рукой за грудки, а другой зашарил по пустой кобуре. Всё же правильно я заставил его убрать подальше пистолет. Откуда-то сбоку выскочила.

Татьяна и буквально повисла на брате, – Колька! Немедленно прекрати! Сейчас же отпусти Мишу! Ишь, чего удумал!

Я невольно расплылся в улыбке. Мишу. Это из уст Татьяны прозвучало так тепло и по домашнему. А как она храбро бросилась защищать меня от родного брата. В этот момент в себя пришёл Фёдор и бросился между нами, оттесняя красного от бешенства Николая.

– Цыц, Колька! Он то тут при чём?! – ему всё же удалось разжать стальную хватку племянника. Николай как-то даже сдулся и тяжело сел на стул.

– Как же так? Как же так? – бормотал он, глядя в пустоту.

– Подслушивала? – Фёдор строго посмотрел на Татьяну.

– Не хотела, да пришлось, – она даже взгляда не отвела, – вы же громко говорите. Тут не захочешь, так услышишь.

– Всё, что слышала, забудь! – буквально печатая каждое слово сказал Фёдор, – И чтоб ни одна живая душа даже намёком не узнала. Поняла? – Татьяна часто закивала головой, – Ну а ты говори дальше, раз уж начал, – он кивнул мне.

– Таня, может не надо тебе это всё знать? – я искренне посмотрел на девушку, – Пойми, это такие знания, с которыми можно легко очутиться в самом глубоком подвале. Обладать ими опасно для жизни. Они, – я кивнул на Фёдора и Николая, – свой выбор сделали. Я бы не хотел, чтобы с тобой случилось что-либо плохое.

– Я понимаю, какая это ответственность и опасность, – Татьяна расправила плечи, – От меня никто ничего не узнает. Пусть хоть пытают, я никому ничего не скажу.

Николай едва заметно хмыкнул. Уж он то, может и не знал лично, но точно догадывался, как можно заставить человека говорить. Я вздохнул. Ну что ж, каждый сделал свой выбор. И я рассказал о Победе в 1945 году, о том, как новый руководитель государства, пришедший после Сталина, обвинил предшественника во всех мыслимых и не мыслимых грехах, о последующих взлётах и падениях, о перестройке, разрушившей всю экономику, о 91-ом годе, когда несколько предателей, наплевав на волеизъявление народа, буквально разорвали Союз на части, о снятом с флагштока Кремля Красном Знамени и поднятом триколоре, о "лихих" 90-х, когда фактически правили страной бандиты, о том, что на момент моего ухода все наиболее значимые отрасли и предприятия фактически находились в той или иной степени под контролем кучки олигархов. К концу моего монолога мужчины сидели со сжатыми кулаками, а Татьяна платочком утирала слёзы.