Скелеты в оружейных шкафах. Книга первая.

- Так баксы у нас вроде есть?

- А вот об этом и нужно поговорить. Самое время уладить нам с тобой финансовые отношения.

Шульга к такому заявлению был не готов.

- Что ты имеешь в виду?

- То самое. У нас было заключено временное соглашение о полном сотрудничестве до того момента, пока не проясним ситуацию и не разберемся с виновными?

- Так! - что за человек, в самое неподходящее время начинает обсуждать денежные вопросы. Дело нужно закончить, а уж потом…

- Договор у нас был какой? - продолжал Назгул, игнорируя недовольное выражение лица компаньона. - Ты из своих компенсируешь сумму, на которую меня кинул заказчик, и гасишь все текущие расходы. Правильно?

- Да. Есть претензии? Я чего-то тебе недодал?

- Нет, тут все в порядке. Сейчас мы в расчете. Но теперь ситуация меняется. Фактически мы начинаем новую операцию, а она потребует новых больших затрат и четкого понимания. Это совместная стратегическая деятельность, и ее нужно перевести на бизнес-рельсы. Желательно с европейской колеей.

- Ну ты и вовремя! - не сдержавшись сказал Шульга.

Почти десять миллионов налички, чудом доставшиеся ему в позапрошлом году, он как личное богатство до сих пор не воспринимал. До недавнего времени эти деньги были чемоданом без ручки Остапа Бендера - тратить опасно, уничтожать глупо. Так и сидел как собака на сене, пока не понадобились ресурсы на операцию боевому товарищу. И с этого самого момента пошли, как у той ворожки, от больших денег большие хлопоты.

Шульга смотрел на содержимое двух спрятанных в оружейке баулов исключительно как на некую емкость, куда можно засунуть руку и достать пачку-другую, которые тут же будут задействованы на текущие, далеко не личные, нужды. Осознание же того что он является полноправным владельцем оставшихся после всех трат и расчетов восьми с хвостиком миллионов, пришло лишь со словами Назгула.

Детектив тяжело вздохнул, наблюдая за процессом осмысления, происходящим в душе компаньона, и явственно читавшимся у него на лице. Спросил:

- Знаешь, чем отличается бизнес на Западе от бизнеса в постсовке? - сам же на вопрос и ответил. - Там фирма распадается после того как разорится, а здесь - наоборот, когда резко разбогатеет… Понимаешь, о чем я?

- Ну, примерно…

- Начинаются новые затраты и взаимные обязательства. А все недоговоренное каждый толкует в свою пользу. Не хватало еще за бабки переругаться. Ты в курсе вообще, что девяносто процентов всех тяжких умышленных преступлений в мире совершаются именно ради денег? Так вот давай на грабли не наступать!

Умом Шульга понимал, что Назгул во всем прав, и совковая привычка стеснительно избегать разговоров о личных доходах и “шкурных” интересах - дикая пещерная хрень. Однако семейное воспитание на “моральных традициях” трудно вот так взять и отбросить.

- Ладно, - сказал он. - Предлагай, обсудим.

- Я хотел бы стать членом группы! - снова ошарашив Шульгу, заявил Назгул. - Но не контрактником на службе у твоих боссов, а полноценным партнером. Кстати, это касается и тебя.