Леди-горничная возвращается

Обведенные темными кругами усталости глаза полицейского уставились на меня недовольно: наверное, поменять имя лорда казалось ему великой хитростью. Ну или хотя бы достаточной, чтоб поймать мелкую мошенницу.

— Который являлся вашим братом?

— Является. — монотонно повторила я.

— А вы — леди Летиция де Молино, его сестра?

— Я — она. — сосредоточенно покивала я, и на его бритых щеках, уже успевших подернуться тенью прорастающей щетины, вспыхнул злой румянец.

— И работаете горничной?

— Работаю. — в очередной раз согласилась я.

— Леди-горничная… — с издевкой протянул он. — Персонаж для столичной опереттки… Любите театр, милочка… как-вас-там-на-самом-деле-зовут?

— Весьма. — покивала я.

— Хватит врать, дрянная девка! — он шарахнул кулаком по столу. Чернильница подпрыгнула, тоненько задребезжал стакан, лохматая кипа допросных листов перекосилась… и с тихим шелестом съехала со стола, будто снегопадом осыпав комнату.

Из груди чиновника вырвался сдавленный рык, он полоснул взглядом по устилающим пол листам и рявкнул:

— Что расселась? Убирай давай, горничная!

— Мой ридикюль можно? — озабоченно попросила я.

— Зачем еще?

— У меня там расценки. С учетом размера комнаты, объема работы, срока давности… от последней уборки.

— С хозяевами своими тоже… торгуешься? — зловеще прищурился он.

— Конечно! — пожала плечами я. — С хозяевами подписывают контракт: жалование, условия проживания, выходные, все тот же объем работ… Разовый наем дороже. — озабоченно предупредила я. И сочувственно добавила. — Может, вам еще и не подойдет.

Некоторое время он молча смотрел на меня, а потом уронил всклокоченную голову на сплетенные пальцы и театрально простонал:

— И вот это и впрямь надеется выдать себя за леди? Ду-ра! — почти ласково протянул он. — Хоть бы байку свою продумала как следует. Ну какая, какая леди станет работать горничной?

— Та, которой нужны деньги? — предположила я.

— Леди не нужны… — яростно начал он и осекся. Подумал. И уже спокойнее закончил. — Леди не нужно работать.

— Двадцать семь процентов представительниц алтарной аристократии империи работают уже сейчас, а шестьдесят три процента девушек из высшего сословия собираются работать по окончании учебы. «Женское лицо имперской аристократии», статья в «Столичном вестнике», неделю назад вышла. — пояснила я на его недоуменный взгляд.

— Не горничными! — отрезал он так уверенно, будто лично собирал материал для той статьи. — И у нас тут не ваша… столица. — последнее слово прозвучало откровенно неуважительно. Ругательно, я бы сказала. — На Юге, аристократки НЕ работают.