Американский орёл

«Дохера, — подумал он. — Дохера».

Держа сумку с инструментами в руке, он поднялся по лестнице, прошёл через гостиную и вышел на улицу. Дождь, наконец, прекратился. Сэм прошёл на задний двор, где имелась лестница, ведущая на второй этаж. Он поднялся по скрипучим ступеням на самый верх и постучал в дверь. Пришлось стучать дважды, пока она, наконец, не открылась.

— Инспектор Миллер! — прогремел знакомый голос. — Так рад вас видеть.

Дверь открылась.

Квартира была ещё меньше, чем жилплощадь внизу, и вообще-то не предназначалась для жилья, но им с Сарой требовался дополнительный доход после того, как обещанное повышение зарплаты им обоим в прошлом году было отложено. Благодаря приятелю Сары в учебном департаменте, который был студентом Уолтера — Уолтер Такер стал частью их жизни. Будучи внесённым в чёрный список научных преподавателей Гарвардского университета после того, как он отказался подписывать клятву верности, Уолтер был человеком возрастом за сорок, крупного телосложения, и практически полностью лысым. Его толстые пальцы постоянно мяли пухлую сигару. Этим вечером его глаза за очками в роговой оправе казались затуманенными, он был одет в клетчатый халат и тапки.

Комната была обита жёлтым линолеумом и превращена в некое подобие кухни с побитым жизнью столом и тремя разномастными стульями. Там имелся деревянный ящик для льда в углу и плита на небольшой подставке. По правую сторону находилась уборная с туалетом и злополучной раковиной. Открытая дверь вела ещё в две комнаты — в спальню с незастеленной кроватью и кабинет, где на столе, сколоченном из различных досок, покоилась массивная печатная машинка. Повсюду в квартире лежали книги и бульварные журналы, а также экземпляры «Сайнтифик Американ» и «Кольерс».

По радио, что стояло рядом с плитой, играли свинг, кажется, Бенни Гудмэна. Сэм прошёл в уборную, и, увидев серую воду в раковине, вздохнул.

— Что на этот раз, Уолтер? Что вы сделали?

— Ничего, друг мой. Просто готовил ужин. Ничего необычного, но вы сами посмотрите. Раковина переполнилась, я и решил, что её следует починить до того, как вода начнётся литься вам на головы.

— Спасибо, — пробормотал Сэм. — Могу я одолжить у вас кофейную чашку или нечто подобное?

— Разумеется. — Уолтер уковылял прочь. Он вернулся с большой кофейной чашкой с отломленной рукояткой, и Сэм принялся выливать воду из забившейся раковины. Пока он работал, Уолтер подпёр дверной косяк и закурил сигару.

— Что нового в полицейском департаменте Портсмута?

— Этим вечером на железнодорожных путях нашли труп. Около Мэйплвуд-авеню.

— Самоубийство?

— Пока не знаю.

— Поразительно. Возможно, вам досталось настоящее убийство, Сэм.