Пираты Карибского моря: Голос моря (СИ)

Я сидела на планшире и задумчиво смотрела на пустынный горизонт. Как же изменчиво море… Когда стоишь на утёсе у самого берега, такого не замечаешь, а вот теперь… Вспоминая события вчерашнего дня, я то и дело невольно возвращалась к последнему взгляду Бодера. Он будто что-то хотел сказать этим взглядом. Но что?.. Теперь я уже вряд ли когда-нибудь узнаю… Я и не заметила, как меланхолия захватила меня в свои сети. Я вспомнила всё, что было так давно. Всё, что порывалась забыть. Мне было пятнадцать. Казалось, с тех пор прошла уже целая жизнь, а ведь на самом деле всего пять лет. К нам в город приехала одна весьма состоятельная семья, пусть и обедневшая, как и мы. Семья Смитов. Бодер был старше меня всего на пару лет, так что мы сразу нашли общий язык. Родители были только рады, что мы общаемся и даже надеялись на наш скорый брак в будущем. И правда, как это часто бывает, между мной и Смитом вскоре пробежала искра. По крайней мере, мне так казалось. Я хорошо помнила тот день, когда он признался мне в своих чувствах. Та самая ива у скалистого выступа, моё любимое место. Мы спрятались под ней, укрывшись ото всех. Тогда он сказал, что любит меня. Сделал предложение… Именно ему был подарен мой первый поцелуй… А потом… Боль, смерть и короткие всхлипы миссис Смит, сообщивший мне обо всём. Моих родителей убили… Почему, никто не знал, но факт оставался фактом. Мне ещё не исполнилось шестнадцати, а я уже осталась одна. В тот же день Бодер предал меня. Он расторг помолвку, объяснил, что без родителей я оставалась просто безродной нищей простушкой, а его мать такого не потерпит. И только в тот момент, сидя на планшире, я поняла, что это была ложь. Он просто не любил меня. Никогда. Не знаю, способен ли он на это? Однако так получилось. Расстроенная в слезах я убежала на утёс. Это вышло случайно, я сама не знаю, как оказалась там. Однако я хотела… Я хотела шагнуть в пустоту. Мне казалось, что жизнь была окончена. Без родителей, бед любимого человека… У меня не было никого… Не было тогда и Томаса, чтобы успокоить меня: он уехал в соседний город по делам. Моё сердце было раздавлено, разбито, уничтожено, когда появился Александр. Он едва успел подхватить меня у обрыва. Ещё шаг — и ничего бы нельзя было изменить. Я каждый раз вспоминаю об этом с содроганием. Но я выжила. Александр представился и отвёл меня домой. С того дня мы стали видеться чаще. Бодер и его мать уехали из Трезеста, вернувшись в Англию, а я… Я просто была счастлива. До того рокового дня… Но на сей раз я не сломалась. Я выжила и вот теперь ищу того, кто подарил мне новую жизнь. Того, кто подарил мне надежду… А ещё того, кто каждый день встречал меня улыбкой. Того, кто несмотря на статус, называл меня «миледи»… — Мисс, с Вами хотят поговорить, — внезапно услышала я уже привычный голос Гиббса. — Вас ожидают в штурманской рубке. Решив не мучить бедного старпома расспросами, я молча пошла за ним. Это уже становится не смешно. Почему каждый раз, когда они хотят поговорить, присылают Джошами? Что-то здесь явно нечисто… Дверь за моей спиной захлопнулась, и я оказалась перед длинным столом из тёмного дерева, на котором была разложена гигантская карта. — Доброе утро, — громко поздоровалась я с пиратами, что в тот момент изучали карты. Мне никто не ответил. «Наверное, определяют курс», — подумала я, подбираясь ближе. К моей радости, никто не стал меня прогонять. — Что это? — спросила я, прижавшись вплотную ко столу. — Карта, цыпа, — объяснил мне Воробей, не поднимая глаз. Я фыркнула. — Я имею в виду не это. — Мило. А что же тогда? Я молчаливо ткнула пальцем в компас, стрелка которого, слегка подрагивая, указывала на восходящее солнце. — Почему этот компас не указывает на север? — уточнила я, чтобы не нарваться на очередной ответ в стиле капитана «Жемчужины». — А тебе так сильно нужен север, цыпа? — спросил меня Воробей, подняв глаза. — Нет. — Тогда зачем компасу на него указывать? Пожав плечами, я заглянула в карты. Действительно, моя догадка оправдалась: они прокладывали маршрут. — Куда курс? — поинтересовалась я. — На то, что нам нужно, дорогуша, — хмыкнул пират. — На «Ледяную погибель», солнце, — объяснила мне Онората, оторвавшись от карт. Выглядела она неважно, но уже не была так сильно похожа на мертвеца. Внезапно она рыкнула, стуча по крышке прибора. Я заметила, что стрелка сменила направление, бесцельно крутясь во все стороны. — Лора, пожалуйста. Посмотри ты, — пиратка толкнула мне компас. — Эй, поаккуратнее! Этот компас ещё пригодится как минимум мне, — возник Воробей. — А на что он указывает? — спросила я, аккуратно беря в руки заветную коробочку. — На то, чего ты хочешь. Больше всего, — ответил мне капитан «Жемчужины», усмехаясь. И у них всё это время был волшебный компас, что поможет мне найти Александра, а они не говорили?! Хотя… Что-то тут нечисто. Онората ведь искренне хочет найти Бартоломью. Или?.. — Что такое? Призрака увидела? — Воробей посмотрел по сторонам. Я сжала крышку компаса. — У вас был компас, что позволит мне найти Александра, а вы молчали? — спросила я, едва держа себя в руках. Пиратка лишь хмыкнула. — Если бы всё было так просто. Попробуй сама. Я яростно открыла крышку и увидела, что стрелка, как сумасшедшая, крутится вокруг своей оси. Мне даже казалось, что будь её воля, она бы вообще убежала куда подальше. Выругавшись, я закрыла компас, а затем вновь открыла. Всё повторилось. И снова… — А теперь попробуй подумать о «Ледяной погибели», — посоветовала мне Онората. — Но как я могу?.. — Думай и всё. В этом вся прелесть, цыпа, — ответил мне Воробей, и я решилась. Закрыв глаза, я представила судно, которое никогда не видела. Детали были нечёткие и очень сильно размытые, но у кормы виднелось название «Ледяная погибель». Я подняла веки, и увидела, что стрелка прибора вновь указывает на восток. — Отлично! У нас есть курс! — пират прочертил ровную линию по карте и радостно направился к двери. — А ты, Онора? Идёшь? — спросил он, занеся руку. — Нет, Джек. Здесь есть ещё одно незаконченное дело. Как только дверь за пиратом захлопнулась, Онората заняла его место рядом со мной. — А теперь рассказывай. — Что? — недоумённо спросила я, вжавшись в стол. — Всё. В особенности же… Что ты знаешь о Мирене. Я знаю, что ты тоже видела её. И ещё… Мне интересно было бы узнать, откуда ты знакома с явно важной шишкой, владельцем судна. Я посмотрела на неё огромными глазами. — Я с н-ним не знакома, — попыталась соврать я, но вышло неубедительно. Очень неубедительно. — Не отнекивайся, Лора. Хватит уже бегать. Пора ответить хотя бы самой себе на вопросы. С палубы донёсся грохот и ругательства. Я дёрнулась. — У нас ещё есть время, — ответила мне Онората, оставшись непроницаемой, как скала. — Уже страх как надоело читать всё по твоему взгляду, солнце. Я вздохнула. Похоже, у меня не осталось выбора. И, сглотнув тяжёлый ком в горле, я принялась рассказывать.