Кимберли (СИ)

 — Нет ещё, — сиплый голос в ответ, а затем меня толкают к стене и, кладя на оголившуюся поясницу руки, наклоняется. Наши губы в миллиметре друг от друга, жар тела и дыхания, стук сердец, и пока он спрашивал, наши губы прикасались друг другу. — Так что там с ритуалом о нахождении Пары? Ритуал прошёл замечательно или человечке ничего?

Всё же слышал.

 — Знаешь, мне больше всё же нравится Ночной Норинор, — не отвечая на его вопрос, ответил я и, оттолкнув от себя вампира, отошёл. И, лишь будучи подальше, развернулся и с гордостью ответил: — Ритуал дал положительный ответ. И цвет прозрачно-золотистый у татушки.

Вампир почему-то расплылся в улыбке и, послав мне воздушный поцелуй, ушёл.

Хм, странный он сегодня.

====== 7. ======

Обед в кругу семьи прошёл нормально. Подарки каждому понравились, в особенности цветок Виарисенция, от которого почти не отходил Дориан. Он всё что-то рассматривал на листах, принюхивался и удивлённо морщил лоб, но так и не высказал вопроса, а я его очень ждал.

 — Ким, а что выбудете делать вечером? Может, останешься, — спросил отец.

Он сидел рядом с папой. Его одна рука обнимала плечи, а друга лежала на животе, как бы защищая, оберегая и показывая, что будущего сына он любит. В стальных глазах отца отражалась любовь, уверенность и поддержка. Теперь понимаю, почему папа Тритарий выбрал бету Валерия, а не альфу, который в то время упорно добивался благосклонности от русала, но не получил.

Я посмотрел на другую пару и был так же счастлив. От Дориана я стараюсь держать свое сердце как можно дальше, хотя в чём-то я понимаю того. Но его стремление всё делать по-своему и вопреки желанию других меня нервировало и держало подальше. Демон Ингури смог сделать многое, и я благодарен этому, и вот он в моём сердце занимает вторую позицию, первую прочно заняли мои родители.

 — У нас, студентов, намечается вечеринка в особняке Людэвиротэ, сегодня, перед тем, как я ушёл к вам, Норинор напомнил, что все приглашаются.

 — А там старшие будут?

 — Нет. Но, можно сказать, что старшекурсники будут являться ими.

 — Да-а-а, — протянул Ингури. — Раньше вечера устраивал его отец Фабио, но, после признания любви к Паре своей на одном из вечеринок, всё сразу закончилось. Видно, Норинор хочет таким способом найти своего Единственного. Бедный мальчик, такая у него несчастная судьба.

 — Почему вы так говорите? — удивился я. — Любимец публики, аристократ из высших, богатый наследник, всё у его ног, что ему для счастья нужно? Щёлкнув пальцем, он смог бы заставить самых красивых и богатых омег стонать и восхищаться его обликом. Пусть потом из всего этого и выбирает Пару.

 — Злой ты, Ким, — пожурил меня демон, смотря бордовыми глазами укоризненно. — Вот у тебя есть свой Истинный, и ты это знаешь и сможешь дождаться его. А вот Норинор не сможет найти, потому что был рождён ровно в полночь. Он двойственный. И если первая часть одобрит омег, то другая, может, и нет. Этот вечный конфликт двух половинок до тех пор, пока оба не одобрят одну омегу, тогда произойдёт слияние этих половинок.

 — Хороша сказка, — буркнул для поддержания своего образа, что не сильно-то мне и нравится Норинор, а то Дориан уж слишком прислушивается, а его глаза слишком подозрительно сверкают. — Дориан, а что ты так внимательно присматривался к цветку?

 — Да, вот я слышал, что Виарисенция должна источать запах какой-то, а на листах должна быть роса, — вампир моментально переключился на интересующую его тему. — Вот я смотрю и не вижу ничего.

 — Ну, во-первых, Виарисенция должна находиться непосредственно в спальне и ближе к кровати, — я сделал паузу и с невинным взглядом продолжил. — Во-вторых, чтобы появилась роса и запах, нужно просто … заняться сексом, и чем интенсивней будет секс, тем больше росы и запаха.

Демон и вампир смотрели на меня, как на грешника и с широко открытыми глазами и ртом, а вот папа и отец покашливали, стараясь этим прикрыть смех.

 — Кстати, такой же цветочек я поставил и в вашу спальню, родственнички.

Всё, папа в слезах смеётся, а отец, укоризненно качая головой, подхватывает на руки папу.

 — Вы как хотите, а я очень хочу проверить то, что было сказано, — с каменным лицом сказал отец, и, под смех мой и Тритария, направился со своей ношей наверх.

Я покосился на вторую пару. Демон старался ещё некоторое время держать лицо, но брошенный взгляд на мужа всё свёл на нет. Дориан, смущённый, но с фанатизмом смотрел то на цветок, то на демона.

 — Ну, вы тут разбирайтесь сами, а я пошёл, — и уже у выхода, развернувшись, я заметил лишь тени, мелькнувшие на лестнице.