Стратегия обмана. Трилогия (СИ)

   - Не скоро, Мэри. Когда научишься стоять у окон, потом доктор Вильерс разрешит тебе выходить на улицу. Сначала можно будет ступить один шаг и вернуться. На второй день два шага, на третий - три и так далее, пока ты не сможешь пройти от особняка до ограды. Куда ты так торопишься? Все успеешь.

   - Я думала, что мне никогда больше нельзя увидеть солнца, что ему можно только поклоняться, но лицезреть не велено.

   - Кем не велено?

   - Жрецами. Только когда мертвый камень скрывает его, самым смелым и стойким можно видеть сияющее кольцо и славить его.

   - Зачем славить?

   - Иначе мертвый камень не уйдет, поглотит солнце.

   Полковник в жизни не думал, что солнечное затмение может вызывать такой ажиотаж среди некоторых гипогеянцев.

   - Глупости, Мэри. Луна всегда отходит от солнца, это закон небесной механики. Обязательно скажу Вильерсу, чтоб тебе прочитали лекции по естествознанию.

   - Я ведь думала, - всё продолжала она, - увидеть солнце никогда нельзя. А оказывается можно, если научиться.

   Видимо ожидание выйти на свет захватило все мысли Мэри, и больше ничего в этой жизни она пока не желала. Но программа реабилитации не предусматривала быстрого вывода вчерашней гипогеянки на улицу, так как не каждая психика недавнего подземного жителя выдерживает подобное потрясение. Некоторые плакали алыми слезами от счастья, когда в яркий погожий день видели сияющую зелень травы, цветы на лужайке перед особняком и голубизну неба. Оказывается такие приевшиеся для простого человека вещи, могли вызвать восторг на грани помешательства у альваров, веками не видевших никаких природных красок кроме черноты подземелий и куцей серости на поверхности в отраженном луной свете.

   Удивительно, что всю методику этой реабилитации в теории и с предсказанием возможной реакции на неё реабилитируемого, проработал и описал ещё семьдесят семь лет назад медик, весьма далекий по своей специализации от всего живого, а именно - анатом Иоганн Книпхоф. Собственно, именно знакомство с Мэри и подтолкнуло его к деятельности на ниве реабилитации.

   Неожиданно в коридор вбежал оперативник Джон Симмонс, дежуривший в этот день на КПП:

   - Полковник, - отчеканил он, - в Фортвудс прибыл Ицхак Сарваш.

   - Что, сам прибыл? - удивился он.

   - Да, сейчас в вашем кабинете, желает переговорить с вами.

   Информация была крайне интригующей. Редко альвары приходили в Фортвудс по собственной воле, чаше их привозил в крытом глухом фургоне дежурный патруль в конце смены и оформлял как нарушителей городского спокойствия. С Сарвашем всё было иначе - о его пропаже сообщили в Фортвудс ещё месяц назад. После 1945 года Сарваш должен прекрасно понимать, что искать его и сейчас должен был именно Фортвудс. Полковник оценил сознательность Вечного Финансиста, пришедшего лично сообщить, что с ним всё в порядке.

   Отведя Мэри обратно в медицинскую лабораторию, полковник поспешил в свой кабинет. Стоило ему только войти, как оперативник Парсон доложил о госте и после краткого кивка полковника вышел за дверь.