Христос приземлился в Городне (Евангелие от Иуды)
- Автор: Короткевич Владимир Семенович
- Год: 2011
- Язык: русский
- Переводчик: Петр Жолнерович
- Жанр: Классическая проза
Электронная книга - «Христос приземлился в Городне (Евангелие от Иуды)». Краткое содержание книги:
— В дни царя Соломона был в Иерусалиме некий, кто трахнул в храме, ибо динарий обещали ему.
При первых звуках голоса Матей вскинулся. Глаза были белы от страха.
— Ты?!
— И явился к ним, явился в Эммаусе, и многие не верили, что он... Н-ну?!!
Матей успокоился. Нагло всыпал деньги в вацок и спрятал его:
— Пасть закрой... И, знаешь, вали ты отсюда, агнец. Выбрался, так веселись. А то вот дам, и... Чудес не бывает. Не сносишь головы.
Иуда видел, что Матею немного не по себе. Щадить его, однако, не собирался. В общей измене была и лепта Матея.
Он рыкнул так, что Матей растерялся:
— Ты что?.. Ты что?
Белые, словно у собаки, зубы Иуды почти хищнически оскалились.
— Кто-то говорил: Иуде евангелия не положено. Кто-то у меня евангелие спёр и испохабил.
— И не положено. По писанию.
Иуда двинулся на него.
— А по жизни? По моей? И по твоей, вонючий хорь?
— Писание.
Иуда был по-божески ироничен:
— А тридцать сребреников? Они ведь, согласно писанию, мне принадлежат, а не тебе.
— Иди получи. Кто мешает?
— По писанию, слышишь? — лицо у Иуды было страшным. — Дав-вай цену измены!
И он сделал то, чего в обычном состоянии не мог сделать: взял Матея за грудки и поднял. Мытарь бросил вацок в мох. Челюсть Данеля колотилась. Иуда с силою швырнул его на кучу хвороста. Подобрал колиту, положил в карман. Вытирая мхом руки, сказал:
— Ну вот, теперь всё по писанию. Евангелие у Матея, деньги — у Иуды. Вставай, а то я что-то не понимаю, где у тебя задница, а где лицо. Так, молодчина. Можешь теперь, по крайней мере, говорить, что не ради денег предал, а по убеждению... А теперь — вали. Люди тебя убьют. Жалко — мне нет времени. Глупые, как дорога, умного судят.
Иуда догонял своих и бурчал про себя под нос:
— Вот теперь я понял, почему один печатник вместо «бессмертия души» ошибочно набрал да и тиснул в трех тысячах примерников книги «бессмертие дупы». Так он такую вот бессмертную мразь имел в виду.
Глава LIII
ЗВЕЗДА — ПОЛЫНЬ
Упала с неба большая звезда... и пала на третью часть рек и на источники вод. Имя сей звезде «полынь»; и третья часть вод сделалась полынью, и многие из людей умерли от вод, потому что они стали горьки.
Откровение, 8:11
За доброту, за жалость к мертвецам
Господь воздаст вам щедрою рукой.
Вот мы висим печальной чередой,
Над нами воронья глумится стая,
Плоть мёртвую на части раздирая,
Рвут бороды, пьют гной из наших глаз...
Не смейтесь, на повешенных взирая,
А помолитесь Господу за нас!
Баллада повешенных
В ту ночь убили не всех. Всех схваченных убивали потом, постепенно, на почве твёрдой законности, но с надлежащей неотвратимостью и жестокой добротой. Ибо лучше отрубить гангренозный член, нежели позволить умереть больному.
Днём и ночью ревели в подземельях меха и лязгали клещи. Граждан, к которым прикинулся антонов огонь свободолюбия и чистой веры, после допроса выводили и карали смертью на Воздыхальном горбу, перекрёстках улиц или на Лидской дороге. На смерть каждого аккуратно составлялась бумажка. Акт.
Мещане и мужики в пыточных обречённо молчали. Жизнь потеряла для них цену в самый тот момент, когда потеряли простор, к которому привыкли, смолистый аромат пущи и поля, золотящиеся рожью и ячменем. Целыми днями стража ходила по домам, выискивала крамолу, хватала людей и тащила в большой судный зал. Истязали по одному, но приговоры выносили пачками, не слишком разбираясь, что там до чего. Узники молчали, и оговоров не было, зато лютовали, давая лживые показания, доносчики и лазутчики. И потому по городу катилась лавина арестов. Забирали родителей у детей и детей у родителей, мужа — от возлюбленной жены, парня — от любимой. Вся Городня не спала по ночам. Люди лежали и смотрели бессонными глазами в темноту. Пружина лживого доноса могла ударить в каждую минуту.
Не спали и арестованные в подземельях под восточным нефом замка. У этих всё было определённым, и они могли бы спать, но над ними всю ночь горланила песни пьяная стража: срывала на пленных свой недавний смертный перепуг. Иногда они открывали двери в подземелья, где после истязаний лежали, не в силах пошевелиться, ломаные люди, и делали концерт для них, ревели что-то наподобие «Песни о хаме»:
Что против копий — косы у хама?
Вот вам Эдем, что хотели добыть:
Виселиц сотни — эдемская брама.
С радости в небе пляшите ногами.
Мы властелины ещё от Адама,