По воле короля

— Зачем гадать? Родится, когда время придёт. А думаю я… Это дети оборотней, и развиваются они, как представители своего вида, а не как их человеческая половинка. Ты знаешь, до того, как магия ушла из этого мира, и оборотни численностью превосходили людей, так и было.

— Откуда ты знаешь? Я не нашла книг на эту тему.

— Кое-что нашла в ведьмовских записях в ковене, ещё до того, как всё это случилось. Ну, когда я искала какой-нибудь ритуал или заклинание, чтобы обойти правило, что у такой, как я, не может быть ребёнка. Позже наблюдала за Альгией и собой, пока не пришлось уйти…

Ведана встряхнула головой, отгоняя неприятные воспоминания. Она только недавно поняла, что беременна, впервые растерялась и не знала, что предпринять, и при этом отчаянно боялась потерять зародившуюся в ней жизнь. И в этом напряжении силы вдруг стали выходить из-под контроля.

Молния сорвалась с рук быстрее, чем она оценила степень угрозы, когда звук упавшего на каменный пол железного подноса показался ей взрывом. Смерть того человека была дикой случайностью. Но после Ведана сразу же ушла в лес и оградила от себя окружающих, боясь снова причинить вред. Она очень тяжело переживала это событие и до сих пор не могла забыть его или вычеркнуть из памяти. Жить с чувством вины было тяжело.

— Стоунберг!

С улицы послышался крик, и дверь притормозившей повозки открылась. Внутрь заглянул раскрасневшийся на морозе герцог Гренстон.

— Осталось немного. Можете выйти минут на десять. Дадим лошадям немного передохнуть и сделаем последний рывок. К ночи будем в крепости.

Быстро одевшись, женщины вышли на улицу, и Лиссандра так же, как и в первый раз, увидела вдалеке прижатый к скале замок из чёрных камней. Сейчас он белел снегом, укрывшим башни, как покрывалом. У герцогини дух захватило от величия её нового дома. В этот раз он уже был для неё родным и казался уютным, манящим под свои своды.

— Стоунберг! — с благоговейным восторгом прошептала Лиссандра. — Мы вернулись домой.