Христианство: век за веком. Очерки по истории христианской Церкви
- Автор: Религия Коллектив авторов --
- Год: 2011
- Язык: русский
- Год: Белый город
- ISBN: 978-5-485-00323-4
- Жанр: Религиозные исследования
Электронная книга - «Христианство: век за веком. Очерки по истории христианской Церкви». Краткое содержание книги:
Вот как описывает один из жителей Иерусалима дни христианских праздников: «На всех улицах слышится русская речь, везде виднеются русские лица, русские костюмы; продавцы различной снеди, погонщики ослов и даже нищие – все стараются в это время говорить по-русски… В храме Гроба Господня русские паломники образовали самостоятельный хор. Греческое духовенство сначала противилось этому, но потом не только допустило употребление славянского языка, но и само стало произносить на нем возгласы и молитвословия. И примером для них был Иерусалимский Патриарх Никодим, который первым стал произносить за богослужением возгласы и молитвы по-славянски». Многие отмечали удивительное благочестие русских паломников. Так, некоторые, например, будучи даже больными, отказывались пользоваться повозками для путешествий по Святой Земле, «по которой Сам Господь ходил пешком». Другие, узнав о смерти во время несчастного случая нескольких своих соотечественников, говорили: «Мы можем лишь радоваться за них. Ведь Господь удостоил их такого блага, как умереть на Святой Земле.
И печалимся только об одном, что не мы это были». В конце XIX века корреспондент французской газеты, наблюдавший русских в Иерусалиме, писал: «Народ, умеющий так молиться, имеет великое будущее».
История паломничества имеет много ярких страниц – это история стремления к святости, история подвижничества. Паломничество – это духовный труд, и плод его тоже духовный. Те, кто совершил паломничество, ощущали в себе разительные перемены. Вот что вспоминает о Гоголе его сестра: «Прежде, до паломничества, одна ирония колола и жгла окружающих, его боялись. Теперь он добр, мягок, снисходителен и братски сочувствует людям. Он дышит христианством». А один из друзей писателя, ездивший после смерти Гоголя к нему на родину, рассказывает: «Местные крестьяне не хотели верить, что их барин умер. Среди них родилось предание о том, что похоронен был кто-то другой, а барин их будто бы уехал в Иерусалим и там молится за них».
Для верующего русского человека Святая Земля – не просто совокупность исторических и географических понятий, а священный образ, объединяющий основные идеи русского православного сознания.
М.В. Первушин
Русский богослов-мирянин Алексей Хомяков
Вплоть до середины XIX века русская богословская школа во многом зависела от западного схоластического богословия. В середине столетия наметились тенденции к освобождению от этой зависимости. Такие перемены в русском богословии были обязаны прежде всего трудам Алексея Степановича Хомякова. Сельский помещик и бывший капитан кавалерии,
Хомяков принадлежал к традиции богословов-мирян, которая всегда существовала в Православии, особенно в допетровской Руси.
Алексей Степанович Хомяков родился 1 мая 1804 года в Москве. Он принадлежал к старинному русскому дворянству. Его отец был типичный русский помещик, человек образованный, но полный барских недостатков и слабостей. Мать – женщина суровая, религиозная, с характером и дисциплиной. Именно она оказала на жизнь Алексея Степановича особенное влияние. «Я обязан ей, – писал он потом, – и своим направлением, и своей неуклончивостью в этом направлении». Его цельная натура проявилась уже в детстве. Вот что пишет о своем воспитаннике учитель Алексея Степановича: «В физическом, нравственном и духовном воспитании Хомяков был как монолит». «Когда нас с братом, – вспоминает сам Хомяков, – привезли в Петербург, нам всерьез показалось, что мы в языческом городе. И тогда мы решили, что если нас будут заставлять переменить веру, мы лучше претерпим мучения, чем примем чужой закон. А нам и было-то всего около десяти лет от роду». В семнадцать Алексей пытался бежать из дому, чтобы принять участие в войне за освобождение православной Греции. Он купил сапожный нож, прихватил с собой небольшую сумму денег и тайком ушел из дому. Его поймали спустя несколько дней на Серпуховской дороге и вернули домой. Он попадет на войну только спустя 7 лет в составе лейб-гвардии гусарского полка. По словам современников, Хомяков как офицер отличался «холодною блестящею храбростью». У него было веселое и вместе с тем человечное отношение к бою. Алексей пишет в то время матери: «Я был в атаке, но хоть и замахнулся, рубить бегущего неприятеля не решился, чему теперь очень рад».