Высокое Искусство
- Автор: Николаев Игорь Игоревич
- Серия: Ойкумена(Николаев) #2
- Год: 2020
- Язык: русский
- Жанр: Самиздат
Электронная книга - «Высокое Искусство». Краткое содержание книги:
Содержание в общем полностью описывается словами И.Кошкина: Почти все персонажи были на сложных щах, имели суровую судьбу (или, вернее, она имела их), тяжелое прошлое и опасное будущее.
Будет много тяжких испытаний, боли и страдания (все как мы любим, да), суровый быт городов осени средневековья и не все действующие лица доживут до финала (как будто вы сомневались).
Не знаю как насчет 18+, но сцены боев, насилия и софт-эротики имеют место быть.
- Как у нас говорят... - Елена откинула в сторону полосу ткани в застарелых и свежих пятнах. Расстегнула пуговицы собственного гульфика, откинула широкий клапан. Лежащий человек запищал совсем уж противно и жалко, не понимая, что собирается делать эта жуткая баба в мужских штанах.
- ... хорошо привязанный больной в средстве от боли не нуждается, - с этими словами Елена достала из гульфика небольшой ножик в деревянных ножнах. Он был похож не то на японский когай, не то на скальпель.
- Ыыыыы!! Ээээ!! - стенал приколоченный, закатывая глаза и дергаясь. В эти мгновения он готов был пожертвовать чем угодно, даже кусками ладоней, лишь бы освободиться. Но гвозди держали прочно, надежно.
Наконец, сквозь страдальческий вой прорезалось более-менее осмысленное:
- Не надо! Пожалуйста, пожалуйста, не надо!
- Надо, - со строгостью учительницы ответила Елена, примеряясь ножиком. - Надо, Федя. Только розог у меня нет, не взыщи уж. Обойдемся тем, что под рукой.
- Умоляю, - прошептал бандит. Лицо его лоснилось от пота, слезы ужаса катились не переставая. - Я вас умоляю, почтенная госпожа, сладчайшая, изумительная госпожа, не надо...
Елена посмотрела в глаза с безумно расширенными зрачками, и бандит задохнулся, потому что взгляд женщины обжигал потусторонним, нечеловеческим холодом. Парализованный крепко зажмурился и выдавил мольбу в третий раз, а про себя дал страшную клятву могилой матери, что если господь пронесет мимо этакое окаянство, то Балкат по прозвищу «Резаный кошелек» завяжет с преступной жизнью, проведет остаток дней в молитвах и будет просить милостыню, пробуждая в людях жалость увечьями, а также покаянными рассказами о прежней своей неправедной жизни. А все деньги, конечно, отдавать в монастырь...
- Они ведь тоже умоляли, - негромко сказала Елена. - Наверняка просили не мучить. Но вас это не остановило.
- Я не делал! Я ничего не делал! - выл ставший очень красноречивым и убедительным преступник. - Я пришел уже потом! Я пытался остановить все!!!
- Верю, - согласилась Елена. - Прямо каждому слову.
Она проверила остроту ножика ногтем и осталась довольна. Хотя клинок давно не подводился, хорошая сталь сохранила заточку. Вместо мольбы и криков прибитый странно и тонко засвистел - спазм сковал ему глотку, звучал только воздух, втягиваемый сквозь зубы.
- Извини, - сказала женщина.
- Ч-чего?... - пропищал фальцетом подручный Бадаса, охваченный неистовой надеждой. Ведь если человек извиняется, значит, он чувствует за собой некую вину. А если он чувствует вину, то может быть...
- У меня нет опыта в таких операциях, - извиняющимся тоном вымолвила Елена. - Но я постараюсь. А! Надо еще перетянуть у основания, кровотечение, сам понимаешь.
Пока Елена распускала его же «трусы» на импровизированную веревочку и перевязывала, Балкат вопил так, что, казалось, стены вот-вот рухнут. Искалеченный бандит забыл от ужаса, что потерял голос и орал на пределе возможностей человеческой глотки. Но когда Елена сделала первый надрез, с легкостью превзошел те самые пределы.
- Надо бы тебе поломать и челюсть, чтоб не орал, - рассудила она вслух, не прекращая работу. - Но я не стану. Кричи, мразь, кричи громче.
Операция, можно сказать, вполне удалась. Хоть лекарка действительно не проводила таких манипуляций ранее, твердая рука и опыт прикладной хирургии помогли справиться. Крови было много, однако не чрезмерно, быстрая смерть ублюдку не грозила. Впрочем, он, похоже, сошел с ума еще в процессе, так что теперь жевал собственный язык, роняя кровавую пену и закатывая красные от лопнувших сосудов глаза.
Елена выпрямилась, чувствуя на руках горячую влагу. Ощущение, которое прежде наполняло отвращением, теперь было... нейтральным. Кровь и кровь. Красная. Липкая. И моча, тоже дело житейское.
- Вот и все, - прошептала она, пытаясь опять найти в душе признаки какого-то морального падения, чувства необратимости, хоть что-то. Не нашла. Только бесконечную пустоту, боль во всем теле и тяжкую усталость.
«Вот ты какая, настоящая схватка насмерть...»
Дорога, вымощенная чужим страданием
Искусство, что принимает в оплату лишь кровь