Расколотые небеса [СИ]

— Да, все кто был под стеной — упали замертво. Или… по крайней мере, пока не шевелятся, — встревоженно шептал Ваха. — Но вот остальные…

Юный гарр указал рукой на тракт. Там двигались башни, а вместе с ними и основные силы орды. Насладиться картиной Тагас не сумел. Новый приступ безумной боли свалил его с ног. Халару показалось, что в его голове одновременно зазвонили тысячи колоколов, затем молния прошила виски, а под череп будто вогнали стилет, разрезая мозги на тонкие ленты. Пытка продолжалась вечность. Тагас умирал. Мыслей как таковых не было, но в голове то и дело проносились туманные образы, чьи-то воспоминания…

— Паршивый ублюдок, — застонал халар, когда понял, что происходит. — Поди прочь!.. прочь!.. убирайся из моей головы!

Тагас корчился на коленях, выл и кричал до хрипоты, но легче не становилось. Пальцы до кости изодрались о твёрдые камни. Кровавые слёзы текли по щекам. Он позабыл всё на свете, отказался от всех надежд и желаний и мечтал в тот миг только об одном — поскорее умереть, чтобы прекратить невыносимые муки.

Яркий свет озарил его лицо. Белые лучи прокатились по коже и боль прекратилась. Измученный Тагас был не в силах раскрыть глаза, но сияющий силуэт стройной женщины явился ему будто во сне.

— Мама? — задохнулся Тагас, глотая горячие слёзы. — Мамочка, это ты?

Халин Шиайа склонилась над сыном. Её лицо стало гораздо моложе, морщинки разгладились, но глаза были прежними. Подрагивающими руками она прикоснулась к щекам халара и взволнованно проговорила:

— Помоги.

— Мама, это правда ты? Ты здесь, значит… — Тагас запнулся, не в силах произнести очевидное. — Значит, я умер?

— ПОМОГИ! — прогремел в голове её голос. Халин отринула от Тагаса и повернулась к башне колдуна. Её образ растворялся в ярком свете, пока сияние не поглотило всю стену. Тагас расслышал далёкие голоса. С каждым мгновением звуки нарастали, пока не соединились в знакомую речь:

— Мой халар… Тагас…брат мой, очнись!.. Тагас, очнись, — спустя вечность привели его в чувства новые пощёчины Вахи.

— О великий Тренги, ты жив… жив, — задыхался Ваха, когда Тагас открыл глаза. — Мы думали, ты умираешь.

— Не я… — Прохрипел Тагас, пытаясь подняться.

— Что?..

— Это колдун… это всё колдун.

— Постой, ты ведь совсем обессилел, куда ты собрался? — изумлённо говорил Ваха, пытаясь удержать халара на месте.

— Его нужно остановить. Колдун себя убивает, мне нужно добраться к его башне.

— Ну и что? Разве ты что-то смыслишь в его чарах?

— Мне помогут.

— Кто? Да постой ты. Посмотри, что с тобой творит его колдовство. Зачем тебе так рисковать ради этого выродка?

— Без него нам конец, — выдохнул Тагас, пошатнулся и когда земля перестала вращаться, устало поплёлся к башне торрека. Что-то ему подсказывало, что этот путь станет самым длинным в его жизни и конец его не будет приятным.

Что ж, всё лучше, чем сдаться и бессильно разделить участь колдуна…