Ватутин против Манштейна. Дуэль полководцев. Книга первая. До столкновения
- Автор: Додонов Игорь Юрьевич, Смирнов Владимир Владимирович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: SelfPub.ru
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «Ватутин против Манштейна. Дуэль полководцев. Книга первая. До столкновения». Краткое содержание книги:
Разумеется, «неудобство» Гитлер испытывал не перед французами, и не их достоинство он оберегал, не допуская итальянцев до переговоров (французов он унизил весьма умело, о чём немного ниже). Он просто указал своему не в меру хитрому союзнику его место – расчёт дуче, слегка постреляв, усесться на равных с немцами за стол переговоров, на равных с немцами диктовать французам свою волю и «оттяпать» у последних соразмерно с немцами, потерпел крах77.
20 июня французская делегация прибыла в Тур. В неё входили командующий 4-й группой французских армий генерал Хюнтцигер (глава делегации), бывший посол Франции в Польше Ноэль, начальник генерального штаба ВВС генерал Бержере, начальник генерального штаба ВМС контр-адмирал Ле Люк, бывший военный атташе в Риме генерал Паризо [36; 226], [37; 114].
На следующий день французов доставили на станцию Ретонд в Компьенском лесу. Именно здесь 11 ноября 1918 года в салон-вагоне маршал Фош продиктовал немецкой делегации условия перемирия, завершившего Первую мировую войну. Этот сало-вагон по приказу Гитлера был изъят из музея, доставлен в лес под Компьен и поставлен именно на то место, где он стоял в ноябре 1918 года.
Понятно, что всё это было сделано с целью как можно больше унизить французов. И хотя это унижение было, как говорится, шито белыми нитками, Гитлер захотел прямо указать на него в преамбуле к условиям перемирия, вручённым французской делегации. Преамбула была зачитана генерал-полковником Кейтелем, главой ОКВ, председательствующим на переговорах, в присутствии всех высших политических и военных руководителей Третьего рейха, прибывших на церемонию в Компьен. Словом, унижение французов самим местом действия «возвели в квадрат», когда им объяснили во всеуслышание, что именно для этого унижения место действия и было выбрано. Преамбула гласила:
«Если для принятия этих условий был назначен Компьенский лес, то это было сделано для того, чтобы этим актом восстановить справедливость и навсегда изгладить из памяти воспоминание, которое в истории Франции не было славной страницей, а немецким народом воспринималось как глубочайший позор всех времён. Франция была побеждена и разгромлена после героического сопротивления в ходе целого ряда кровопролитных боёв. Поэтому Германия не намеревается придать условиям перемирия или переговорам о нём оскорбительный для такого храброго противника характер. Целью германских требований является, во-первых, воспрепятствовать возобновлению военных действий, во-вторых, обеспечить Германии безопасность в связи с навязанным ей продолжением войны против Англии и, в-третьих, создать предпосылки для построения нового мира, основным содержанием которого будет исправление несправедливости, совершённой при помощи силы по отношению к Германской империи» [83; 127].
В общем, перед нами, говоря современным языком, весьма «политкорректный» плевок в лицо французам.
Однако и это ещё не всё. Точкой явилось то, что сразу после зачтения данной преамбулы Гитлер и все остальные политические и военные руководители Рейха, за исключением Кейтеля, возглавлявшего немецкую делегацию, покинули Компьен, тем самым продемонстрировав побеждённым французам своё крайнее к ним пренебрежение, – в самом деле, явились только для того, чтобы поглядеть на процедуру унижения, а чисто технические вопросы подписания перемирия с поверженным противником их уже не интересовали.
В дневнике Гальдера за 21 июня содержится описание ошеломляюще подавляющего впечатления, которое вся эта процедура произвела на французскую делегацию:
«20.00 – Главком (т.е. Брахич – И.Д., В.С.) возвратился из Компьена под сильным впечатлением. Французы, из которых самый симпатичный, пожалуй, военный руководитель, не подозревали, что им придётся вести переговоры в том самом месте, где проходили переговоры в 1918 году. Этот факт так подействовал на них, что они долго не могли прийти в себя» [23; 486].
Сохранилось и любопытное французское свидетельство о впечатлении, которое произвело на французскую делегацию место проведения переговоров о капитуляции. 21 июня глава делегации генерал Хюнтцигер отправил Вейгану в Бордо сообщение с изложением обстоятельств начала переговоров. Оно начиналось словами: «Я в вагоне». Прочитав это сообщение, Вейган вздохнул и прошептал: «Мой бедный друг!..» [84; 98].
Да, Хюнтцигер и его коллеги по делегации были первыми из французов, которым пришлось испить чашу национального унижения.
Вслед за прочтением преамбулы последовало оглашений самих условий перемирия. Кейтель объявил, что они не подлежат обсуждению и не могут быть изменены. После чего предложил французским представителям немедленно подписать их. Французам окончательно стало ясно, что речь идёт о безоговорочной капитуляции, а не о некоем более или менее почётном мире, на что рассчитывали Петэн и его капитулянтское правительство.
77
«Аппетиты» Муссолини были ограничены Гитлером на встрече в Мюнхене 18 июня 1940 года. Здесь дуче узнал, что ему нечего рассчитывать на получение части французского военного флота, и что никто не собирается передавать ему французскую территорию до Роны, а также Корсику и Тунис. Тогда же Гитлер указал Муссолини на невозможность его участия в переговорах, которые будет вести Германия с Францией по вопросу капитуляции последней [36; 226], [83; 127], [84; 97 – 98].