Ороро

Ороро попятился, нашаривая рукой стену. Сполз по ней – ноги не держали. Притихшие было острые камни в груди зашевелились так, что он не мог дышать.

Мальчишка испуганно смотрел на него и спрашивал у мамы, что это с дядей, а побледневшая Энис не отвечала, да и что она могла сказать? Опомнившись, она посмотрел на мальчишку так, будто он привел в дом бездомного дикого пса. Мальчишка съежился, лицо его скривилось, будто он готов был разреветься, бросил быстрый взгляд на Ороро – будто воздушным кулачком шибанул, и Ороро смог, наконец, осознать себя и здесь.

– Я принес письмо, – прохрипел он, громко дыша ртом, не сводя с мальчишки глаз. – От твоей госпожи.

В голове что-то сложилось, будто нашелся недостающий пазл, и его отпустило.

Растерянно глядя на свои руки с чувством, будто наконец-то проснулся – когда уже перестал думать об этом и надеяться, – он с ясностью увидел, что на них – теплые рукавицы. Стянул их с себя, запихнул в карманы. Щупая стену за собой, опираясь о нее, он осознавал ее твердь – как и пол под ногами, а мальчишка все смотрел и словно держал своим взглядом, держал на ногах, держал в этом мире, где, наконец-то, стало понятно, где верх, где низ, где стороны света и куда идти.

– Я так долго искал тебя, – выдавил Ороро, обращаясь к Энис, но глядя на мальчишку.

– Да, я… – Женщина неловко пригладила волосы, понимая, что отрицать что-либо бесполезно. – Пришлось искать место понадежней, чтобы…

– Да. Да, – отрывисто произнес Ороро. Нашарил путающейся рукой сумку с письмами. – Тут несколько. Накопилось. Твоя госпожа гневается, так что без ответа я не уйду.

Он смог, наконец, перевести взгляд на Энис и вздрогнул от того, как она смотрела на него. Сглотнул шершавым горлом. Смертельно хотелось пить и, как ни странно, есть. Он чувствовал себя изможденным и осознал вдруг, насколько отощал за последнее время.

Энис односложно кивнула. Подошла к нему и забрала письма.

– Можешь подождать здесь, я быстро.

Вскрывая письма на ходу, она подошла к сундуку, достала набор для письма, села за заставленный посудой стол так, чтобы видеть Ороро, и принялась быстро писать отмет.

Мальчишка, громко сопя, разделся, достал из чуланчика тряпку и старательно вытер мокрые следы.

Ороро, все больше приходя в себя, огляделся. Домик был маленький, печка находилась по левую руку, за ней виднелась кровать. Правая сторона была отведена кухне, вдоль стен были расставлены шкафы и сундуки, на прибитых полках стояли пузырьки, склянки, баночки, шкатулки, окна были заставлены цветами в горшочках.

Мальчишка с любопытством поглядывал на него.

– Гет, да? – вырвалось у Ороро.

В честь любимого брата Ингрэма, не иначе.

Мальчишка застенчиво кивнул.

– Не разговаривай с ним, – громко сказала Энис и непонятно было, к кому она обращалась. Скорее всего к обоим.

– Я просто хотел попросить его принести мне воды. Жажда замучила.

Мальчишка покосился на мать, но Энис ничего не сказала, и тот, нерешительно поглядывая на Ороро, направился к кухоньке. Чтобы дотянуться до полки с кружками, ему пришлось подтащить табуретку и встать на нее. Энис искоса поглядывала на его действия, но даже не дернулась, когда мальчишка опасно шатнулся, взбираясь на табуретку. Видимо, привыкла к его неуемному желанию делать все самому.