Сочинения в четырех томах. Том 3

Бонд, присоединившийся к другим присутствующим, был заинтригован. Он уже догадался, что никто другой из находящихся в этой комнате не мог разговаривать со Скарамангой с таким чувством собственного достоинства. Он заметил, что и другие часто бросали взгляды на эту стоявшую в стороне от всех пару. По мнению Бонда, так мог вести себя либо представитель одной из могущественных «семей» американской мафии, либо резидент КГБ. Другие пятеро наверняка этого не знали, как и он, но думали так же, чувствовали, что дело нечисто, что господин Хендрикс представлял здесь серьезную организацию.

Объявили, что завтрак подан. Старший официант, местный житель, ходил между двумя роскошно. сервированными столами. На столе стояли карточки с именами. Скараманга сидел во главе одного из столов. Бонд должен был сидеть во главе другого, между господином Пэрадайзом и господином Роткопфом. Как он и ожидал, Пэрацайз был лицом более значительным, и пока они поглощали закуску и мясо, бифштексы и фрукты, все, что обычно подают в американизированных гостиницах за рубежом, Бонд вел легковесный разговор о шансах в рулетке, когда подряд ставишь только на «зеро». Роткопф, не переставая жевать мясо и жаренный картофель, заметил походя, что в казино «Черный кот» в Майами он лично поставил на «зеро» три раза подряд, но толку никакого не было. Господин Пэрадайз сказал, что иначе и быть не могло.

— Надо иногда давать выиграть этим простофилям, Руби, а то они больше не сядут играть. Уверен, что ты можешь выжать из них весь сок, но надо же и оставить им какие-то крохи. Я так и делал со своими игральными автоматами. Я всегда говорил: «Не будьте слишком жадными. Никогда не программируйте автоматы на 30-процентную прибыль. Достаточно и 20 процентов. Даже сам Морган никогда не отказывался от чистой прибыли в 20 процентов. А почему, черт возьми, мы должны быть умнее».

— Тебе легко говорить, — сказал с кислым выражением лица господин Роткопф, — на тебя железки работают. — Он махнул рукой. — А здесь мы здорово влипли. Я думаю, — он подцепил на вилку кусок мяса, — что, кроме жратвы вроде этой, больше нам здесь ничего не обломится.

Господин Пэрадайз перегнулся через стол.

— Тебе что-нибудь известно? — спросил он шепотом.

— Я всегда говорил, что плакали наши денежки, — продолжал господин Роткопф. — Но никто и слушать не хотел. И посмотрите, где мы оказались через три года? Срок второй закладной уже кончается, а здесь всего лишь один этаж построили. Я имею в виду…

Разговор перешел в специальную сферу, говорили о крупных финансовых операциях, сыпали терминами. За соседним столом больше молчали. Скараманга болтать не любил, вести светские беседы был не расположен. Напротив него сидел господин Хендрикс, того вообще расшевелить было трудно. А три гангстера мрачно произносили время от времени одно-два предложения, обращаясь к любому, кто их слушал. Джеймс Бонд никак не мог взять в толк, каким образом собирается Скараманга развеселить эту компанию, завести их, дать гульнуть.