Звездопад. В плену у пленников. Жила-была женщина
- Автор: Иоселиани Отиа Шалвович
- Год: 1978
- Язык: русский
- Год: Мерани
- Переводчик: Анатолий Васильевич Старостин
- Жанр: Военная проза
Электронная книга - «Звездопад. В плену у пленников. Жила-была женщина». Краткое содержание книги:
Было уже поздно. Хибрадзе все сидел у родника. «Давай-ка я подойду к нему, поцелую и попрошу, чтобы он отпустил меня домой, — подумала Марго. — Наверное, он из-за этого держит меня здесь, будет хуже, если он сам бросится…»
Она пошла к нему, оглядываясь, ища на всякий случай, куда бы бежать, если он не захочет отпустить ее. «Только не к дому, а то не отстанет до самой деревни». Она знала, что ей никуда не уйти, и все-таки искала тропинку — для смелости. Она стояла перед ним и не могла решиться, а то совсем уж собралась ускорить то, что все равно должно было случиться. И все-таки она не смогла подойти к нему. Повернулась и побежала. Но тут же поняла, что за ней не гонятся, и остановилась — никуда ей не убежать. Вернулась, встала опять перед ним и, вся дрожа, поверила, что ей никогда не оторваться от этого человека, этот страх каждый день должен быть с ней, без него она теперь не сможет жить.
В ту ночь, когда Хибрадзе, как ребенка, поднял ее на руки и, раздавив о собственную грудь, отъел ей нижнюю губу вместе с челюстью, она чуть не померла, но решила никому не говорить об этом и, как только удастся, опять попасть ему в руки в скрытом безлюдном месте.
После двух остановок автобуса некоторое время нужно было идти пешком, потом свернуть в проселок, как крышей, перекрытый старыми деревьями. Калитка хозяев была пятая или шестая от шоссе.
В затененных проселках грунтовая дорога даже в жару не просыхала, а в дождь ходить к Хибрадзе становилось совсем затруднительно. Марго целую неделю с мольбой смотрела на небо — не было бы дождя, но в субботу к вечеру все-таки набежали тучи.
Мака знала, что не пойти в этот раз к Хибрадзе невозможно, но знала она и то, что Бичико ни за что не явится к свойственникам без Тхавадзе. Джумбер, конечно, не упустит такой возможности. Там же будет Гено, а для Маки лучше смерть (где только искать ее), чем видеть их вместе. И тем не менее нельзя было не идти. Гено теперь все брал на заметку. Да и Марго с Мери не нашли б себе покоя, кусок не полез бы им в горло, если б Мака — не больная, не лежащая при смерти, не ухаживающая за захворавшим ребенком, а здоровая и невредимая Мака не пришла бы к ним в такой день. Другого пути не оставалось: Маке опять предстояло лгать. Лгать безбожно. И не только мужу, но всем: сыну и отцу, матери и свекрови, брату и невестке, всем, кого она любила. Она должна была наплевать в глаза тем людям, которые клялись ее именем и берегли ее честь пуще своей. И не поодиночке пришлось бы ей теперь обманывать их, а всех вместе, гуртом, оптом.
После этого не останется никого, о ком Мака могла бы подумать: этого я еще не обводила вокруг пальца…
А не идти было никак невозможно.
Накануне, перед субботой, она мечтала: вот бы завтра заболеть и слечь!..
Ночью дважды выходила из дому в одной рубашке и подолгу стояла во дворе, но ночь как нарочно была такая тихая, теплая и звездная, что она даже ни разу не чихнула после этих прогулок.
«Если б Гено не вбил себе в голову мысль о своей книге, а вместо этого навел каменную лестницу, я бы посидела на ней и простудилась», — подумала она и тут же горько усмехнулась: «Уж не хочешь ли ты свалить вину на мужа?» — и на цыпочках, крадучись вернулась в дом.
Утром она надумала выпить что-нибудь, чтобы поднялась температура, но не знала такого средства, ибо никогда не интересовалась ничем подобным.
А время шло.
Солнце поднималось все выше, выше. Вот и полдень настал. Ей показалось, что у нее начался жар. Смерила — ничуть не бывало! Потом, когда до ухода осталось совсем немного, она забегала по пустякам вверх и вниз по лестнице в надежде, что давно подгнившая четвертая ступенька проломится под ней, но ступенька поскрипывала, и только, а Мака бегала то вверх, то вниз. Вверх и вниз, вверх и вниз.
Гено вернулся с работы рано.
«Господи, зачем он спешит? Если б он только знал, куда идет… На свете нет человека смешнее его», — подумала она, когда муж вошел во двор. Она поспешно подобрала валявшийся на верхней ступеньке лестницы дерюжный половик и понесла мыть его. «Я, наверное, не могу переживать, — она окунала мешковину в холодную воду и тщательно стирала ее. — Наверное, я бесчувственная… От сильных переживаний люди теряют сознание, валятся с ног, заболевают. А я свыклась со своим положением, скоро и мучиться не буду и нагло буду глядеть всем в лицо». — Слезы подступили ей к глазам, и она поспешно огляделась, не видит ли кто.