Охотница на змей (СИ)

— Ну, у меня, например, есть белая рубашка, которая в какой-то момент перестала отстирываться в машинке и я отправил её в одежду для экспедиций. Но она с пятном.

— Дай-ка её сюда, — оживилась Сакура. Она видела эту рубашку на Саске, но не присматривалась к её загрязнениям. Он отправился к своим вещам и, вернувшись, протянул ту Сакуре.

— Держи.

— Это кофе? — спросила она, присматриваясь к крупному коричневому пятну.

— Да.

— Можно прокипятить! — Сакура была знакома с данным способом удаления пятен. — Я сделаю.

— Хорошо, Сакура. Спасибо, — с уважительной улыбкой на лице отозвался Саске.

— Слушай… А простыня, в которую ты заворачиваешь пилу и топор? Что с ней не так? Мне очень нравится расцветка. — Сакура давно обратила внимание на эту небесно-голубую простынь с красными рыбками, и сейчас ей в голову пришла невероятная идея.

— Это старая простыня, и на ней тоже есть пятна, — пояснил он. — А для чего ты хочешь её использовать?

— Я хочу попробовать сшить из неё юкату!

— Ничего себе… — В глазах Саске мелькнуло удивление. — А ты умеешь?

— Делала это в школе на уроках труда. Было давно, но я постараюсь что-нибудь вспомнить. Буду оттачивать навыки хозяйки, — улыбнулась она. — Всё же скоро стану замужней женщиной. — От очередного осознания данного факта сердце вновь наполнилась восторженным трепетом.

 

Простыня оказалась синтетического происхождения — не самого приятного для тела материала, но в этом был и плюс: ткань фактически не мялась. Немногочисленные, но заметные пятна удалось вывести соком лимона, который, к счастью, нашёлся среди продуктовых запасов.

 

— Никогда бы не подумала, что буду кипятить в котле над костром свадебную рубашку для будущего мужа, — с доброй иронией произнесла Сакура, наблюдая за процессом кипячения и ощущая, как от последнего сказанного слова ее охватывает счастливое волнение: это произойдёт уже послезавтра!

— Когда я закидывал эту неотстирываемую рубашку в экспедиционные вещи, то ни за что бы ни поверил, если бы мне кто-нибудь сказал, что она будет свадебной, — в свою очередь хмыкнул Саске, сидя рядом на бревне и изобретая из толстой ветки дерева вешалку, чтобы рубашка не смялась при сушке. Сакура расхохоталась.

— Погоди-ка. — Она сняла с ближайшего дерева повешенный на сук фотоаппарат. — Это просто необходимо запечатлеть. — Сакура щелкнула крупным планом бурлящий котёл, а затем Саске с большим ножом и веткой. — Уникальные кадры под названием «Подготовка к свадьбе», — отпускала она шуточные комментарии.

— Смех-смехом, но на самом деле это ведь действительно уникальные и памятные моменты, — с улыбкой ответил Саске. — Разве такое когда-нибудь забудешь?

— Конечно нет. И я счастлива, что делю их с тобой. — Сакура повесила фотоаппарат обратно, после чего, сняв котелок и оттащив его в сторону, достала щипцами для ловли змей откипятившуюся рубашку. — Кажется, она идеально белая! — Сакура опустила её в пластиковое ведро с холодной водой, купленное еще в день прилёта.

— Твои способности хозяйки впечатляют.

— Погоди, осталось самое сложное: сшить юкату, — скромно отозвалась Сакура, хотя ей был приятен данный комплимент. — У нас же есть измерительная лента?

— Только рулетка.

— Пойдёт!

 

Все светлое время оставшихся и следующих суток были посвящены кропотливому труду по изготовлению свадебного наряда для Сакуры: прерываясь лишь на приёмы пищи и гигиенические дела, она сидела над чертежами, кройкой и шитьем, вытаскивая из глубин памяти запылившиеся знания и умения, полученные еще на уроках труда. Саске полностью взял на себя готовку и мытье посуды, а с наступлением темноты они ходили вместе на поиски змей.

 

К вечеру накануне регистрации юката наконец была готова. Она вышла далеко не идеальной: слишком широкие и слегка асимметричные рукава, неровные края внизу и заплатка, которую пришлось поставить из-за попавшей на ткань искры от огня, однако все эти мелочи, по словам Саске, совершенно не бросались в глаза, и Сакуре сей наряд приходился весьма к лицу. Для изготовления пояса она пожертвовала одну из своих синих рубашек, что впрочем оказалось ненапрасным: данный элемент органично вписывался в общий образ.

 

Предсвадебная ночь прошла без змеиной охоты. Поставив будильник на семь утра, Саске и Сакура легли спать: тёмные круги под глазами и мутная голова из-за недосыпа являлись явно не тем, о чем они мечтали в столь важный день. Перед сном Сакуру вновь охватило возбужденное волнение, но, прибегнув к помощи валерьянки, ей, к счастью, удалось уснуть.

 

Наблюдая в фильмах и читая в романах, как у невесты начинается день, в который должна состояться свадьба, Сакура часто представляла себя на ее месте и рисовала в воображении подобные картины из своего гипотетического будущего.

 

Сегодня же вместо погружения в наполненную пеной ванну под расслабляющую музыку Сакура мылась стоя в быстротекущей прохладной речке под громкие вопли птиц — окинавских пастушков.

 

Альтернативу профессиональному парикмахеру составили собственные руки: расчесав волосы, Сакура собрала их в максимально аккуратный пучок. Роль визажиста также пришлось исполнить самой, а из косметики использовался самый минимум: завалявшаяся в косметичке тушь для ресниц, пудра и немного розовых теней. Ну, а в качестве свадебного наряда послужила сшитая из простыни, служившей для заворачивания топора и пилы, юката.