Лабиринт Данимиры (СИ)
- Автор: Бариста Агата
- Язык: русский
- Жанр: Фэнтези
Электронная книга - «Лабиринт Данимиры (СИ)». Краткое содержание книги:
Так что, отдав должное формальностям, но зато пребывая теперь в Империи на вполне законных основаниях, мы покинули Мадрид и отправились в Петербург, где у Карагиллейнов, к моему ироническому удивлению — ай-яй-яй, как же так! — не оказалось фамильного особняка.
Пришлось как последним бродягам остановиться в «Англетере». Кайлеан Георгиевич немного покапризничал, но потом оптимистично заявил, что мы здесь ненадолго, сойдёт и «Англетер».
Конечно, я быстренько обзавелась мобильником и с трепетом набрала Женькин номер… ожидая бог знает чего, вплоть до похоронного марша вместо гудков, но внезапно услыхала чуть хрипловатое «аллё».
— Женечка… Женька-а-а… это я, Даня… — пролепетала я и замолчала, потому что дыхание у меня перехватило.
— Данька… ты живая! — взвизгнула Женька. — Мы же не знали, что думать! Откуда ты? Куда пропала?!
— Как твоё здоровье? Ты выздоровела? — восклицала я. — Ты хорошо себя чувствуешь? Как Егор? Он хорошо себя чувствует?
— Данимира! Остановись! Ты меня как старую бабку пытаешь, — сказала Женька самым обычным голосом. — Нормально всё со мной и с Егорычем. Сейчас уже нормально. А ты-то как?
— И я нормально. Прости меня, Женечка, — залепетала я. — Это же я во всем виновата…
Помимо облегчения и радости, я испытывала глубокие угрызения совести. Одно соображение не давало мне покоя долгое время. Ведь именно наша встреча привела Женьку на крышу дома. Если бы не я, ничего страшного с ней не произошло бы.
Женька прослушала мой торопливый скулёж на тему вины и строго сказала:
— Вижу, какой ты, Шергина, была, такой и осталась. Собираешься извиняться за всех злодеев мира?
— Нет, только за своих, — слабо улыбнулась я в ответ. — И я уже не Шергина. Я — Карагиллейн.
После некоторого молчания Женька осведомилась:
— Стесняюсь спросить, где тебя носило? В Каракалпакии? В Каракумах? Э-э-э… в Ереване?
— Дальше, гораздо дальше. И он принц, Женька, настоящий принц! Ну, то есть, король. С недавнего времени.
— Эмираты, — задумчиво предположила Женька. — Нет, я сейчас просто лопну от любопытства. Выкладывай быстро!
— Женечка, это длинная история… Мне столько нужно тебе рассказать… Я приеду! Совсем скоро. Мне только одно дело завершить надо. И потом мы приедем к тебе на Урал.
— «Мы?» То есть, ты приедешь со своим шейхом?
— С ним, — подтвердила я. — Он чудесный! Только немножечко шейх… ну, знаешь, манеры такие… Но он чудесный!
Женька засмеялась.
— Ты втрескалась, Шергина… или как там тебя теперь… но всё равно — втрескалась по самые уши.
— Втрескалась, — смиренно сказала я. — Да так, что не видать ни ушей, ни макушки.
Сердце моё рвалось на Урал, но до выяснения участи брать билеты на самолёт до Екатеринбурга я всё же поостереглась.
В первое же утро мы отправились на Тучков мост. Дошли до середины моста и остановились.
Я облокотилась на перила и посмотрела вниз.
— Это я… — произнесла я неуверенно. — Я пришла. Надо поговорить. Прошу аудиенции.
Нева равнодушно несла свои воды в Финский залив, у одной из опор моста на якоре стояло какое-то судно, на котором суетились рабочие. Что-то они там черпали… во всяком случае, кран разворачивался, его ковш поднимался и опускался, словом, работа кипела.
— Может, на берег пойдём? — Я взглянула на Кайлеана. — В прошлый раз меня там услышали.
Кайлеан поднял ладонь, сдерживая меня.
— Погоди. Я чувствую чьё-то присутствие… — Он уставился вдаль. — А-а. Вот, собственно, и…
Я живо повернулась.
Узкая пешеходная полоска асфальта оказалась пустынной. Всем внезапно захотелось переходить Тучков исключительно по другой стороне. Один только человек шагал широко, враскачку, приближаясь к нам.
Поначалу промелькнула мысль, что это кто-то из тех костюмированных личностей, с коими с удовольствием фотографируются гости северной столицы… но в отличие от Петра Первого и Екатерины Второй, Революционный Матрос вроде бы ещё не стал традиционной фигурой для туристического Петербурга… или уже стал?
Чёрный бушлат шагавшего был щедро распахнут, выставляя на обозрение могучую грудь в тельняшке. Образ дополняли чёрные клеши и бескозырка; из-за плеча торчало дуло винтовки с примкнутым штыком, а в другое плечо вцепился здоровущий попугай, периодически топорщивший яркие крылья, чтобы удержать равновесие.
Я приподняла брови.
Попугай как-то не вписывался. По всем законам божеским птичка должна была прилагаться к деревянной ноге и пиратской треуголке.
Тем временем матрос приблизился, явив скуластую усатую обветренную физиономию. На околыше бескозырки тускло светилась полустёртая надпись золотом — «Инфернальный».
— Барышня… — Матрос церемонно, словно цилиндр, приподнял бескозырку, затем поворотился к Кайлеану и щедрым взмахом предложил тому растопыренную пятерню.
— Ну, здаров, братишка! Держи краба от Революционного Балтийского флота!
Кто это? Неужели это и есть тот самый — могущественный и загадочный спаситель, которому я дала опрометчивую клятву?
По поведению Кайлеана мне так не показалось.
Новоявленного брата окинули фирменным надменно-сонным взглядом. Со своей королевской осанкой, в безупречно пошитом и запредельно дорогом костюме Кайлеан напоминал не то заплутавшего олигарха, не то кинозвезду на фотосессии, в любом случае мой муж выглядел олицетворённым вызовом святому делу революции. Однако на рукопожатие он ответил решительно… предварительно зачем-то сняв королевский перстень и вручив его мне.
Руки короля и матроса сцепились и… и-и… и-и-и-и… далее мероприятие затянулось.
Не рукопожатие это было, а форменный мальчишник, на котором, очевидно, полагалось мериться длиной лимузинов и всем таким.
Судя по изрядному напряжению в позах, оба не жалели сил… и оба постепенно теряли человеческий облик. Короткие волосы Кайлеана, недавно искусно постриженные королевским куафёром, снова удлинились, свиваясь в змееподобные дреды, а безупречный костюм затрещал по швам от забугрившихся мышц. Чрезмерная активация магических сил была налицо. Королевская осанка тоже вскоре куда-то делась, вместо неё выгнулась звериная холка. С изумлением я увидала, как темнеет лицо мужа и на его голове пробиваются и туго закручиваются могучие рога Чудовища. Впрочем, у матроса тоже выросли рога (но прямые и совсем небольшие… наши были краше). Зато хвост, пробивший клешёные штаны, оказался на диво длинным, подвижным, с кисточкой на конце, он прихотливо свивался в любом направлении. Ноги пришельца изогнулись как у фавна, а вместо ботинок объявились раздвоенные копытца. В довершении, нос матроса трансформировался в пятачок. Противник Кайлеана стал подозрительно смахивать на известного персонажа «Вечеров на хуторе близ Диканьки», хотя книжно-кинематографический чёрт был мелкий и субтильный, а этот отличался атлетическим сложением.
Неужели столь странный субъект действительно… тот самый?
Я огляделась… никто не обращал внимания на поединок. Пешеходы шли по своим делам, не замечая сцены на противоположной стороне.
— Анана-а-асы! — вдруг проскрежетал попугай. Он наклонил голову и уставился на меня блестящим круглым глазом.
— Что? — вздрогнула я.
— Анана-асы! Ешь ананасы! Р-рябчиков жуй! — Попугай перескочил на другое плечо матроса и уцепился лапой за дуло винтовки. — День твой после-е-едний приходит, бур-р-р-жуй!
Ах, вот как? Я догадывалась, кто здесь буржуй с точки зрения пролетарски настроенной птицы, потому немедля возразила:
— Тогда уж попугаев.
— Что? — Теперь вздрогнул попугай.
— Попугаев, не рябчиков. Ешь. Жареных, на завтрак.
— Кошма-а-ар-р-р! — воскликнула птица. — Жесто-о-окая королева! Ужа-асная!
— Да будь я хоть негром преклонных годов, — запальчиво возразила я, обнаруживая насколько заразен социалистический пафос, — и то не позволила бы обижать родного мужа!