Расколотые небеса [СИ]

Глава 31

Подняться по лестнице оказалось труднее, чем я мог себе представить. Воины расступались у меня на пути, но вот мертвецы, которых здесь быть не должно, преграждали дорогу и норовили заглянуть мне в глаза. Первым я увидел Жореса. Бледное лицо убитого старосты выражало столько презрения, столько гнева и разочарования, что я вздрогнул и отвёл взгляд. Когда я проходил мимо, Жорес положил иссохшую руку мне на плечо и заставил обернуться. Проследив за взглядом покойника, я успел рассмотреть Тири, забегающую в левое крыло. Когда дверь за ней затворилась, Жорес повернулся ко мне. Его стеклянные глаза прожигали зятя насквозь. Сказать мне было нечего. Я виноват. Тири здесь быть не должна, и я знаю о том без подсказок и упрёков.

Оставив тестя за спиной, я наткнулся на Ульму. Девица была в том самом белом платье, в котором её убили. Глаза покойницы не выражали эмоций, всё лицо было измазано струпьями, а пробитый висок кровоточил. Спустя миг Ульма отступила, чтобы я мог пройти дальше.

У перил на карауле застыли десятки воинов крепости, что сложили головы в прошлых битвах. Мёртвый коридор тянулся до самой вершины моей башни. Пройти до помоста оказалось настоящим испытанием. Я опустил глаза, стараясь смотреть только под ноги, но разум беспощадно надо мной издевался, подсовывая всё новые образы, рисуя в голове лица погибших, злые гримасы и разочарованные глаза.

Наверху стоял Грони. Паренёк сложил руки на груди и буравил меня строгим взглядом. Его посмертие было вовсе не таким, как мы обещали. После гибели он не нашёл ни Сулаф, ни Керита — только я стоял у него на пути, только я — человек, отправивший его на верную смерть.

— Сир, вы в порядке? — спросил кто-то из стражников.

Я не ответил. Только огляделся по сторонам и ступил на помост. Там все уже собрались. Курсанты стояли у парапета, Бернис Моурт и Борис о чём-то шептались, а кочевники халара Тагаса разделись до пояса и разрисовывали кожу ритуальными рунами. Юный гарр Ваха стоял на коленях и напевал молитвы.

— Ещё час назад вы были бодры и уверенны в победе, — обернулся я к Тагасу, стоящему у пилястры. — Почему же сейчас твои воины готовятся к смерти?

— Потому что наша история подходит к концу, колдун. Я думаю, большинство из них пожалели, что пошли за мной, но этого уже не исправить.

— Кхм… верность степняков такая шаткая.

— Дело не в верности, — оскалился Тагас. — Они не бегут, не пытаются уклониться от схватки и будут стоять до конца.

— Тогда что так потрясло твоих людей, чтобы они разуверились в успехе так быстро?

— Подойди к своим, взгляни на лес, и ты сам всё поймёшь, — безразлично пожал плечами халар. Я последовал его совету, подошёл к краю помоста и стал среди курсантов.