Каждый сам за себя

– Как вышло, что про её знакомство с Цапой никто не знал?

– Всё просто. Его клуб стоит сразу за стеной парка, в котором Кира бегала каждое утро. Бежала она, бежала, а между делом захаживала и туда. В шесть – семь утра народу там, как сам понимаешь, негусто. Да и тех скоро не осталось, так как Кира грамотно распорядилась своим влиянием на нашего дорогого друга. После показательной порки Германа, мало кто решался вмешаться в эти вопросы, и предпочитали не видеть, не слышать, не замечать. Тот парень, что указал на Киру, откровенно сглупил. Если пройтись по пунктам, то выходит вот что: девочка потеряла любовь, отца, смысл жизни и мечту стать великим учёным. А если прибавить к озвученному тяжёлую травму головы, то выходит патологическое недоверие к людям, да и к тому же она обозлилась на весь мир. Скорее всего, ей не принципиально, кому мстить. В этот раз под раздачу попал ты, так как обошёлся с ней жестоко и несправедливо.

На этом Андрей шутливо откланялся и развёл руками.

– О чём задумался? – окликнул он Макса, когда тот не среагировал на его гримасы.

– А я ведь её помню. – озадаченно проронил тот.

– В смысле?

– Девчонку, с которой крутил Денис. Я её помню. – отстранённо пояснил он, погружаясь в воспоминания. – Это было очаровательное создание, что с решимостью и отвагой рассуждало о любви и смысле жизни. Ничего общего с той Кирой, которую я знаю.

– Что ещё за новости? – заинтересовался Андрей, а Макс выразительно поморщился.

– Случайно пересеклись на каком-то шабаше. – припоминая, Макс скривил губы. – У меня где-то даже фотография осталась. Я ещё подумал: что он в ней нашёл?..

– Что? – нахмурился Андрей этому бессвязному бреду. Макс подобрался.

– Денис. – чётко пояснил он. – Он ведь действительно был тогда влюблён. Я вот сейчас об этом думаю и практически уверен: он бы многое отдал, чтобы всё изменить. – множественно кивнув этому утверждению, Макс сузил глаза. – Он отдал бы за это всё!

Андрей размял пальцами затылок.

– Ты о чём вообще?

– Всё, что Лазарь делал для неё – не простой жест. – окончательно уверившись в собственной правоте, доказывал Макс. – Он любит Киру до сих пор. А не приближается, потому что хочет уберечь.

Андрей крепко зажмурился и категорично взмахнул рукой.

– Какая-то мутная философия. – поморщился он. – Вы, ребята, усложняете. Ладно Лазарь, его она не хотела, но с чего тебе выделываться?.. И если я вдруг что-то скажу не так, ты только не смейся, но… Если Кира была счастлива с тобой, то зачем заставлять её быть счастливой с кем-то другим?

Макс не смеялся. И не думал даже. Упрямо пожевав губами, он тяжело вздохнул.

– Ты не поймёшь.

– А-а! Просто признай, что реально затупил. – разозлился Громов, подскочил со стула и пересел к другу ближе, осквернив угол стола.

– Я хотел как лучше. – излишне мягко пояснил Макс и Андрей хлопнул себя руками по бёдрам.

– Ну да, теперь всем полегчало!

– И прекрати язвить!

Макс стиснул зубы, злясь на собственную беспомощность и не присущую прежде мягкотелость.

– Я вот чего не понимаю… – начал Андрей, но трель его телефона не позволила продолжить. – Это по делу. – буркнул он Максу и принял вызов. Внимательно выслушав собеседника, Андрей сосредоточенно кивнул. – Катченкова Кристина прибыла в Питер по туристической путёвке и остановилась в отеле «Россия». – уставился он на Макса в ожидании. Тот, казалось, даже не понял, что ему сейчас сказали, и продолжал бессмысленно пялиться.

– Это Кира? – наконец, опомнился Макс. Андрей, задумавшись, передёрнул плечами.

– По описанию похожа, и паспорт получен в нашем регионе два года назад.

– Тогда чего ты ждёшь?

– Твоего высочайшего соизволения, блин! Мои ребята уже выехали. Вечером будут на месте. Посмотрят, понаблюдают. Что нашей красавице взбрело в голову представить крайне сложно. Думаю, появилась она не просто так.

– Предупреди, чтобы к ней никто не приближался. – ткнул Макс указательным пальцем.

– Ты сейчас за неё или за пацанов волнуешься? – прыснул от смеха Андрей, а Макс задавил неуместный смешок взглядом. – Нет, ты только представь, какая у девчонки сила воли, а? – не удержался Андрей. – Имея необходимую подготовку и реальный шанс завалить охрану, уложить бойцов на лопатки, она позволила отходить себя по рёбрам и всё ради чего?.. Ради того, чтобы ты прочувствовал свою вину! – хлопнул он Макса по плечу. Тот поморщился и отвернулся.

– Не паясничай.

– К своей цели малышка идёт напролом!

Макс стиснул зубы и процедил:

– Это не твоё дело.

– И за спецэффекты можно не переживать.

– Андрей…

– Даже интересно, что она выкинет на этот раз?

– Хватит! – ударив по столу ладонью, вскрикнул Макс. – Хватит. – прошептал он, откинувшись в кресле.

Прищурившись, Андрей склонил голову набок и внимательно посмотрел на друга, пытаясь уловить в его поведении то, чего прежде не замечал.

– Неужели ты готов простить ей всё? – проронил он тихо и Макс так же тихо ответил:

– Я готов простить ей всё.

– Э-э… глупо звучит, но… Это что-то вроде единения душ?

– Я не знаю, что это, но оно есть. – зло отозвался Лавров и вскочил с места. Бездействие сейчас было хуже каторги.

– У тебя в приёмной толпа собралась как к народному депутату. – намекнул Андрей, медленно отступая к выходу. – Мне сказать, что ты не принимаешь или что готов выслушать всех, даже в неурочное время?

– Секретарь разберётся, а ты можешь идти.

– Всё нормально?

Макс невесело ухмыльнулся, поглядывая на неприятную зимнюю серость за окном.

– Я уже не помню, как это, когда нормально.