Шерлок Холмс Мценского уезда [СИ]

– Вас это задевает?

– Вы не поняли. Для меня это честь, высокая честь и никакие карьерные устремления здесь не играют никакой роли. Просто вы мне интересны как человек.

– Вы уверены, что я человек? Может…

Он усмехнулся.

– Евгений Владимирович, да вас послали высшие силы, и это не подвергается сомнению. Ни кем. Тем более, ваша решимость, безжалостность впечатляют, но и, что бросается в глаза, как вы готовы вцепиться в глотку любому за своих людей. Это только люди так могут, не высшие силы, у них там наверху своя логика, своя мораль. Тем более, в религии, Господь всегда отправлял своих посланцев, а не вмешивался сам.

– Вы уж меня в мессии то не записывайте. Я не по тем делам.

– Хм, это станет понятно потом, по свершениям. Кому-то творить добро, а кому-то наказывать за зло. Но все же? Я чувствую, что вас что-то тянет.

Я задумался, как бы ответить. А потом сам того не ожидая, заговорил:

– Я не хочу снова увидеть тех детей…

Он на несколько мгновений замолчал в изумлении, обдумывая мой ответ.

– Каких детей?

Я опустил голову, собираясь с мыслями. Да и услышал шелест платьев, видимо княгиня с Трояновой возвращались.

– В следующем веке будет открыта технология переливания крови от человека к человеку. Там есть свои нюансы, группы крови, резус факторы, но не суть важно. Научатся сохранять ее на долгий срок, консервировать. Вы, как человек, бывавший в бою, знаете, что больше всего народу гибнет от потери крови.

Дождавшись его кивка продолжил.

– Так вот, таким образом додумались уменьшить потери. Если успевали доставить раненного в полевой госпиталь, потом они будут называть медико-санитарные батальоны, то влив раненному такую кровь, смогут его вылечить.

– Очень умно, нам такие знания будут очень интересны…

Но я его не слушал и продолжил.

– Естественно, что если человек, у которого берут кровь, чем-то болел особым, то тот, кому эту кровь переливали, тоже мог заразиться. И вот… через шестьдесят лет будет страшная война. Ее назовут Великая Отечественная. Опять практически вся Европа припрется снова грабить и убивать. Только в 1812 – все было под эгидой Франции, то тогда придут под тевтонами, под германцами. Сражения будут страшные, огромное количество жертв, особенно мирного населения, которое захватчики будут уничтожать миллионами. Системно так уничтожать, как низшую расу, как в североамериканских штатах уничтожают индейцев, то есть коренное население. Им нужны наши земли, им нужны наши богатства, ну и чуть-чуть народа в качестве рабов, и как бы не восторгались ни Старым Светом, ни Новым, вся эта англосаксонская цивилизация будет хотеть только одного – уничтожить и пограбить.

Я услышал, как охнула Ольга Алексеевна, остановившаяся в дверях и слышавшая мой рассказ.