Давай не отпускать друг друга
- Автор: Волкова Дарья
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Давай не отпускать друг друга». Краткое содержание книги:
— До белья, — сухо и коротко ответил доктор Золотов. И принялся писать что-то в ее карту.
Ну что, Маргарита Николаевна, или раздевайся, или вставай и уходи. Третьего не дано.
Рита выбрала первое. Потому что плечо по-прежнему ныло. И торопливо принялась расстегивать замок на кофте и стаскивать штаны, внутренне радуясь тому, что он не смотрит.
— Ложитесь, — он повернулся ровно в тот момент, когда Рита осталась стоять в трусах и лифчике. Ярко-розового карамельного цвета, слава боже, что и то, и другое непрозрачное, ближе к спортивному. Рита, не удержав вздоха, полезла на высокую кушетку с дыркой для головы, прикрытую одноразовой простынею. И обреченно уставилась в потолок. Сняв одежду, Рита с ней растеряла и всю свою только что обретенную уверенность.
Он подошел со стороны головы, аккуратно повертел ее в разные стороны, потом зашел с другой стороны, взял за щиколотки и легонько потянул на себя. Снова вернулся с другой стороны кушетки, потрогал плечи. Ритка почла за лучшее закрыть глаза, черт с ним, с потолком, ничего интересного там все равно нет.
— Скажите, а операций у вас не было?
— Что? — Ритка от неожиданности вопроса снова раскрыла глаза. — Нет, я ничем не болела серьезным, чтобы меня оперировали.
— Я спрашиваю, потому что у вас есть легкая асимметрия в нижней части. Такое бывает, в том числе, если есть послеоперационные шрамы. Они тянут. А для того, чтобы оперироваться, необязательно болеть. У женщин, например, может быть шрам после кесарева сечения.
Ритка приподняла голову. А, да, трусы высокие, прикрывают живот почти до пупка.
— Нет-нет, голову не поднимайте, — скомандовал доктор Золотов.
— У меня не было кесарева, — Рита послушно вернула голову на место. — Ой, я вспомнила! — снова подняла голову — и снова ее положила на место под его взглядом. — Мне в детстве паховую грыжу вырезали.
— Паховую? — в голосе доктора прозвучало удивление.
— Паховую, — подтвердила Рита. — А что в этом такого?
— На десять случаев паховой грыжи у детей девять случаев — это мальчики.
Теперь пришел Риткин черед удивляться. Она была слишком маленькая тогда — шесть лет, чтобы такие нюансы отложились у нее в голове — если о них вообще Рите сообщали.
— Значит, я та самая десятая девочка.
— Выходит, так, — согласился он. — Шрам в паху или сполз ниже?
— Сполз… ниже, — тихо ответила Рита, отчаянно чувствуя, что краснеет. А вдруг надо будет показать?
— Понятно. Ну что же, давайте работать, — он растер руки. А потом вдруг задумчиво добавил: — Странно, что я его вчера не заметил…
Ей показалась, что она вспыхнула вся — не только лицо, все тело будто загорелось. Он узнал. Все-таки узнал! А она поняла это в тот момент, когда лежит перед ним, беспомощная, почти обнаженная и сбегать… сбегать уже поздно. Рите показалась, что в глазах сейчас закипят горячие слезы унижения, обиды, злости. И она сильнее зажмурила глаза, чтобы удержать их.
— Простите… — раздалось тихое. — Я не должен был… этого говорить… Давайте начинать. — Под Ритин затылок скользнули пальцы. И негромкий голос спокойно и даже умиротворяюще произнес: — Расслабьте шею, положите голову мне на руки. Не бойтесь.
Поздно бояться, доктор. Я уже облажалась.
Но спустя некоторое — непродолжительное! — время трагизм сложившейся ситуации ушел на второй, если не на третий план. А на первый выступило… наслаждение. Рита перестала думать о том положении, в котором оказалась. О своем, ставшем теперь не тайным, позоре. О ноющем плече она тоже забыла. Все унесли необыкновенные прикосновения теплых пальцев. Неспешные, мягкие и такие…. волшебные. И поддавшись этой магии, Рита поплыла. И уплыла. Куда-то далеко от этой реальности, от своих проблем, от боли.
Но Риту вернули на грешную землю. Сначала вернули голову на кушетку. А потом доктор Золотов взялся за плечо — и тут стало не до наслаждения.
— Больно? — спросил он в ответ на Риткин шумный выдох.
— Да, — пришлось сознаться ей. Хотя, какого черта. Она ведь пришла к нему, чтобы быть больно перестало!
— А так? — с инквизиторской методичностью он куда-то надавил, и Ритка пискнула. И вспомнила веселого доктора Лепешева. Такими темпами она скоро начнет и стонать, и кричать.
— Понял. А тут?
Тут оказалось еще больнее, и Ритка охнула. Еще пару минут доктор Золотов был занят тем, что мучил плечо и руку.
— Ну, картина более-менее ясна, — он вдруг совсем другим, успокаивающим движением провел по предплечью. — Сейчас немного еще поработаю — но аккуратно, без боли, не бойтесь. А потом расскажу, как нам жить дальше. Все, давайте мне руку, не напрягайтесь.