Нулевые, боевые, пенсионные. Книга 3. 2000–2010 годы
- Автор: Безелянский Юрий Николаевич
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: У Никитских ворот
- ISBN: 978-5-00170-545-1
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Нулевые, боевые, пенсионные. Книга 3. 2000–2010 годы». Краткое содержание книги:
21 июля — в «Радуге» роялти и цифры проданных книг («Вера, Надежда…», «Джоконда», «Луна», «Клуб 1932») — из 45 тысяч экземпляров книг не проданы — 13. 610. А более 31 тысячи улетели… Маюсь с «Капризами любви», никак не могу пристроить, даже в «Деловом экспрессе» — не катит никак. А все начали с «Рипол-классик»…
Продолжаю печатать Троцкого, а в голове крутится идея книги «Российские монстры» — Иван Грозный, Бирон, Бенкендорф, Аракчеев, Дзержинский, Ежов, Берия… 20-го приезжали телевизионщики, обговаривали программу «Русский след». Переговоры без реального движения вперед… Пока реальность: Троцкий и лечение зубов (как получу гонорар, то тут же надо бежать к стоматологу, — такая вот странная зависимость).
27 июля — в «Эхо планеты» отвез материал «Бальзак и бальзачок». Шел по бульвару, на лавочках сидят люди, пьют, чешутся, лежат, милуются и т. д. А я, бедненький, все время куда-то иду-мчусь-опаздываю, что-то сдаю, что-то получаю и весь в круговерти. С Тверского и на Пятницкую, на радио… Приезжали брать интервью для цветного журнала «Библио-Глобус», шеф издания Екатерина Симонова утверждает, что я — популярный писатель. Неужели?!..
Вот я, вроде бы, обижаюсь на свою суматошную жизнь, а рядом со мной сколько одаренных людей и невостребованных, и они кукуют и жалуются. В этой связи вспомнил цитату из Эразма Роттердамского: «Чаще всего побеждает тот, кого не принимали всерьез». Может быть, может быть…
Закончил Троцкого, в итоге — 81 страница. Неплохо. Перед Звенигородом взял путеводитель. Как неинтересно и блекло писали в советское время. Писали, и считали себя писателями и журналистами. Сейчас это читать невозможно.
28 июля — 4 августа. ЗВЕНИГОРОД. Если отбросить мелочи, то все было хорошо. Отдохнули, отоспались, были даже дни, когда днем к кровати прикладывались по три раза. Газеты объясняли, что все дело во вспышке на солнце. Ненормальное повышенное давление превращает человека в сомнамбулу. В Москве людей увозят с инфарктами и инсультами. Веселые дела.
Жили в полулюксе, две комнаты — спальня и гостиная, два балкона-лоджии и напротив сосны. В доме отдыха «Звенигород» явно лучше, чем в Софрино. Есть библиотека, смотрю на «Б» — Безуглов есть, а Безелянского нет: за последние три года библиотека не приобрела ни одной книги. Из библиотеки к Москве-реке. Познакомились сходу с экскурсоводом Светланой Юревич, подарил ей «Налог на любовь». Потом она сказала, что книга ей понравилась, но… «очень жестковатая, какая-то медицинская», ей Руслан Киреев больше нравится. Киреев — так Киреев…
Первая экскурсия на «Боинге» — разбитом допотопном автобусе. Посмотрели Успенский собор. Затем в местечко Дютьково, где жил Танеев. Живописный уголок, лавочка Левитана… Экскурсовод заявила, что Звенигород и Сергиев Посад — два подмосковных Барбизона (видно, читала о Франции, но там не была).
1 августа — Щекин юбилей, 60 лет. Летний солнечный подарочный день. Вторая экскурсия — Новоиерусалим — город Истра. Идет реставрация, и полного впечатления нет. Понравился Гефсиманский сад за Гефсиманской башней. Конечно, не сад, а большое зеленое пространство куртинами. Скит Никона, речка Истра, которую называют Иорданью. Словом, своя доморощенная Палестина. Вспомнились строки Пастернака «Гефсиманский сад».
Вечером в баре по бокалу «Мартини бланко» и мороженое. Вот так чуть отметили круглую дату… На следующий день открыли для себя по соседству солидный санаторий «Звенигород» от мэрии со старым дворцом Лопухиной, одной из фавориток Павла I. Дворец с колоннами в коринфском стиле. Тогда мы не подозревали, что будем сюда приезжать, как к себе домой, с выступлениями перед отдыхающими «Нам не дано предугадать…»
В 11 часов утра 4 августа выехали из Звенигорода, и через полтора часа уже были дома. Первый звонок в «Радугу»: в Можайске сломалась фотонаборная машина, и, соответственно, сигнал новой книги задерживается. Взялся за накопившийся пук газет. В «Сударушке» у Ще вышел текст об Аракчееве, в «Москвичке» — колонка и поздравление с юбилеем. Я подарил Ще книгу «Сто одна поэтесса Серебряного века».