Русская и Сербская Православные Церкви в XX веке. История взаимоотношений

В 1922-1923-м и несколько месяцев в 1924 гг. настоятелем монастыря Петковица вблизи г. Шабаца служил епископ Севастопольский Вениамин (Федченков), собравший там в тот период до 30 русских монахов и послушников. Среди них был скончавшийся в Петковице в середине 1920-х гг. перешедший в православие в эмиграции еврей С. К. Эфрон, один из составителей известной энциклопедии Брокгауза и Эфрона[81]. В первой половине 1920-х гг. в Петковице проживал и архиепископ Полтавский Феофан (Быстров), позднее переехавший в Болгарию.

В середине 1920-х гг. в монастыре Гргетег существовало русское монашеское братство, возглавляемое иеромонахом Амвросием (Кургановым). В той же обители пребывали член Архиерейского Синода РПЦЗ епископ Александровский и Ставропольский Михаил (Космодемьянский), умерший в 1925 г., и архиепископ Челябинский и Троицкий Гавриил (Чепур). В монастыре Привина-Глава проживал архиепископ Черноморский и Новороссийский Сергий (Петров), скончавшийся в этой сербской обители в 1935 г.

Очень большой вклад внесли русские монахи в церковную жизнь Македонии. Настоятель монастыря св. Николая Чудотворца в Марново игумен Николай (Трайковский) в своей работе отмечал: «Благодаря особому вкладу русской церковной эмиграции, представители которой в течение целых семи десятилетий (1920–1990 гг.) жили и работали в нашей стране, сегодня можно говорить о влиянии русской православной культуры в Македонии. Русское священство и монашество, жившее в духе библейско-святоотеческого предания, невзирая на всю тяжесть своего проживания в изгнании, принимало активное участие в возрождении духовной жизни в Македонии… Русское монашество в Македонии имеет для нас неоценимое значение в смысле сохранения духовной жизни, живого предания преподобного жительства и подвиголюбия в самые тяжелые времена»[82].

После окончания Первой мировой войны большинство македонских монастырей находилось в запустении, и возродить их позволило прибытие четырех больших групп русских монахов и монахинь: в начале 1920-х гг. представителей белой эмиграции, в 1926 г. – изгнанных с Валаама монахов-старостильников, в 1930-е гг. – насельников русских обителей Афона, и в 1937 г. – общины русских сестер из Сербии во главе с игуменией Диодорой (всего более 130 человек). В некоторых македонских монастырях число русских насельников было настолько велико, что монастырская жизнь там протекала почти так же, как в России: в монастыре св. Наума Охридской епархии проживало более 20 русских насельников, в Лешокском монастыре св. Афанасия вблизи г. Тетово первоначально поселилось 35 монахов с Валаама, в Кичевском монастыре Благовещения Пресвятой Богородицы вблизи г. Кичево пребывало около 30 русских сестер, в монастыре Пресвятой Богородицы у с. Побожьена подвизалось 15 русских монахинь. В большинстве же македонских монастырей проживало от одного до пяти русских насельников[83].