Сыграй со мной

Отстранившись на мгновение, он подул на меня, снова коснулся языком внутренней стороны бедра, заставляя дрожать так, словно я стояла голая на морозе, вот только мне совсем не было холодно, а затем вернулся к прерванному занятию, двигаясь несколько интенсивнее, чем в первый раз, и я снова выгнулась, испугавшись давящего ощущения внизу. Словно вот-вот взорвусь.

— Лекс, — прошептала, неосознанно сжав его волосы то ли в попытке оттолкнуть его голову, то ли прижать ее еще ближе. — Пожалуйста… О, Боже-е-е, — всхлипнула, когда ощущения стали совсем пугающими, и в следующую минуту почувствовала взрыв каждой клеточкой своего тела, застонав так громко, что в другой ситуации мне стало бы стыдно.

Тело обмякло, а сердце, казалось, готово было выпрыгнуть из груди. Лекс снова поцеловал мои бедра, мягко и аккуратно, давая прийти в себя, а затем отстранился, и что-то достал из полки прикроватной тумбочки.

— Прости, малышка, — надорвал он фольгу от презерватива. — Но придется тебе сделать немного больно. Потерпи, хорошо? — подтянул он меня выше на кровати, устраиваясь между моих ног.

Я не была уверена, что вообще хоть что-то почувствую, но послушно кивнула, сжимая его плечи, и снова попадая под гипнотизирующий взгляд. Он ощутимо скользил по мне головкой, заставляя меня подрагивать, а затем надавил, и очень медленно начал входить в меня, давая время привыкнуть к ощущению наполненности.

— Готова? — погладил Лекс меня по лицу, дождался моего кивка, и, сжав одной рукой талию сделал резкий болезненный толчок.

Возбуждение словно рукой смыло, а тело напряглось. Широко распахнув глаза, я непроизвольно постаралась оттолкнуть от себя парня, но он не сдвинулся и на миллиметр.

— Тише, Даша, тише, сейчас будет легче, — прошептал, целуя мою мочку, и ласково поглаживая по животу и груди. — Постарайся расслабиться.

Все еще не двигаясь, Лекс пальцами прочертил контур моей фигуры, а затем коснулся губ, и надавил.

— Оближи, — последовал приказ, которому у меня не было сил сопротивляться. Послушно касаясь языком его большого пальца, я снова начала возбуждаться от того, как он двигался в моем рту, и от смущения зажмурилась. — Даша, открой глаза и смотри на меня, — не оценил моего жеста Лекс. — Молодец, — довольно улыбнулся, убирая ставший влажным палец, и опуская его к моему клитору. — Сейчас снова станет хорошо.

Он надавил чуть сильнее, и я тихо застонала, мгновенно ему поверив. Потому что мне и впрямь становилось хорошо. А когда его губы снова оказались на моих, стало еще лучше. Этот поцелуй так сильно напоминал тот, что был на кухне, что я совершенно позабыла о боли. Его палец действовал так виртуозно, что я не сразу поняла, что вслед за ним начал двигаться и сам Лекс, очень мягко и аккуратно скользя во мне.

И это было дико странно. С одной стороны я чувствовала легкую боль, а с другой сильное возбуждение, и словно не знала на чем сосредоточиться, но точно знала, что не хотела, чтобы он останавливался.