Пари на поцелуй

Между нами воцаряется нелепое, долгое, тяжелое молчание, от которого больно в грудной клетке, но я стоически жду ответа.

В итоге не выдерживаю и выкрикиваю:

– Мы разводимся! Я больше так не могу! – мне некуда деть руки, поэтому одной рукой тру другую, чтобы не закричать.

И даже эта дурацкая привычка не успокаивает меня.

– Спорим, мы не разведемся? – неожиданно выпаливает почти бывший муж. Он смотрим на меня хитро, с дерзкой улыбкой.

Так и хочется спросить: «Григорий, а у вас, часом, кукуха не уехала?».

– С чего бы? — зло смотрю на него, пытаясь понять, что он задумал. – Мы не можем никак ужиться вместе. Разве стоит мучить друг друга? И, тем более, я всё решила. Не надо меня разубеждать.

– А я и не буду, – он пожимает плечами и привычный азарт и до боли любимые искорки загораются в его глазах. – Давай поспорим: если ты проживёшь со мной месяц, ты не захочешь от меня уходить.

– И с чего я должна согласиться? – скрещиваю я руки на груди, потому что совершенно не доверяю ему в тех ситуациях, когда он пытается пробудить мой азарт.

– Если выиграешь ты – квартира твоя, — заходит он с козырей, и мои руки мгновенно опускаются.

Я ведь и не подумала о том, сколько всего нам предстоит разделить. Последние семь лет мы вместе, а это почти треть моей прожитой жизни. Мы столько всего накопили… вместе.

И что делать с этой квартирой? Продавать?

– А если ты? – осторожничаю я, потому что не готова согласиться на сделку с дьяволом. Когда-то я бы без промедления прыгнула бы в этот омут с головой, но… не сейчас. Я не готова.