Контакт

– Спасибо.

Голос прозвучал отчетливо, но очень тихо. Губы линорца едва приметно дрогнули. Если бы я не склонилась так близко, что чувствовала его дыхание собственной кожей, не услышала бы…

Тазик с водой выпал из рук. Но я едва ли осознала это, оторопело всматриваясь в светящиеся теплотой и благодарностью глаза мужчины. Он способен говорить! И он говорит на нашем языке!

– Ты… понимаешь нас?

Но прежде чем он хоть что-то ответил, в камеру шагнул Серхо.

– Наоми, ты все сделала верно, – вплотную подступив ко мне со спины, он немногим не урчал от удовольствия. – Матису все лучше и лучше. Очень эффективное снадобье, так он завтра встанет на ноги. Уж представь, как он жаждет встречи с этим… любителем ядовитых ножей.

Когда рука Серхо вдруг легла на мою грудь, основательно ее сминая, я нервно осела. Такого поведения от него не ожидала. Но мужчина на мою реакцию внимания не обращал, уставившись на перебинтованного пленника. И мы оба ощутили, как напряглось его тело.

– Тебе пора, – стиснув мое плечо и заставив отступить, защитник подтолкнул к двери. При этом он продолжил меряться взглядами с линорцем. Сопровождавшим его защитникам он бросил через плечо: – Выведите ее и больше не впускайте!

Последнее что я услышала, принудительно покидая помещение, были слова Серхо.

– Оставим ее на сладкое.

Какой же он… мерзавец! Оказавшись снаружи, чувствуя, что ноги подкашиваются из-за страха за пленника, я тяжело привалилась к стене.

– Наоми?

Ли все это время ждала меня.

– Уходите, – шикнул один из охранников. – Останетесь здесь – накажут.

– Конечно, конечно, – закивала подруга, с усилием потянув меня к выходу.

Шла я, едва ли осознавая, как переставляю ноги. В душе бушевал ураган чувств: смятение, неуверенность, сомнение и, наконец, нежность.

– Ли! – Едва мы оказались в моей каюте, как слезы хлынули из глаз. – Я обязана спасти его. Не смогу жить с таким камнем на сердце.

– Линорца? – опешила подруга.

– Да…