Наука зелий, магия любви [litres]

– А если работа уже есть? – Марк прищурился, словно сытый кот.

На мгновение в комнате повисла тишина, а потом метаморф одобрительно кивнул:

– А ты не промах. В деканате своём спроси, должны пойти навстречу. Умудрился же устроиться! Обычно с едва поступившими и разговаривать-то не хотят.

О, с этим замечанием я была согласна целиком и полностью! Воспоминания о том, как меня чуть ли не с порога разворачивали с напутствием приходить через год-два, а лучше через три, ещё не успели потускнеть в памяти.

– Друзья, а давайте пить чай, – предложила Лора. – Правда, у меня только две чашки…

– У меня одна, – покачала я головой. – Как-то не подумала взять про запас.

– Ничего, у меня целых пять, – успокоил нас Марк, поднимаясь. – Сейчас притащу ещё три. Могу одну подарить.

– Мне казалось, вчера у тебя было шесть чашек, – нахмурилась я.

– Оливка, это было вчера и неправда, – отмахнулся друг. – Ты же знаешь, у меня даже железные кружки не выживают. Не разобью, так случайно согну. Или потеряю.

– Если хочешь, я могу зачаровать твои чашки на неразбиваемость, – предложила Лора. – Мне несложно, правда.

– Боюсь, мне тогда станет слишком интересно, что можно разбить небьющейся чашкой, – расхохотался Марк.

– Вторую небьющуюся чашку, – неожиданно отозвался Шедриан. – Мы с Аском пробовали.

Флорентина аж подскочила. Упёрла руки в бока и возмущённо воскликнула:

– Вот так вы их дома забыли, значит? Две бессовестные морды! И не сказали ничего!

– Не хотели расстраивать, – легко признался Шед. – Но до этого я расколол твоей чашкой обломок ракушечника и десяток орехов. Как Аскольд испытывал свою, не знаю. Но со своей стороны подтверждаю: твои чары рабочие. Чашка и впрямь становится небьющейся.

– Извини. – Аскольд поднялся, обнял надувшуюся ведьмочку за плечи. – Нам и впрямь было интересно. Хочешь, помогу чай заварить?

– Обойдусь, – буркнула Лора.

Высвободилась и ушла на нашу небольшую кухню.

– А я всё равно помогу, – мягко улыбнулся Аскольд и направился за ней.

Марк умчался за чашками, а я осталась с Шедом и Андре. Метаморф снова рассматривал меня и от этого пристального, немигающего взгляда мне было неуютно. Хорошо, что Андре решил в отсутствие словоохотливого Аскольда расспросить его необщительного друга и засыпал Шедриана вопросами о том, как нарушать комендантский час и не попадаться, как пробраться в общежитие после полуночи и какие пары в первом семестре можно прогуливать без опасений. Похоже, у будущего хирурга были собственные взгляды на учебный процесс.