Поместье Лейкседж [litres][Lakesedge]

Вдруг на возвышающемся над домом склоне раздается резкий крик. Я отдергиваю руку. Оперенная фигура улетает в ночь. Мы с Ариеном цепляемся друг за друга. Мое сердце начинает бешено колотиться. Трепещет, словно птица, которую мы только что потревожили.

Дверь открывается, и на пороге мы видим маленькую полную девушку. Она моего возраста или даже моложе. Ее белая кожа усеяна веснушками, а каштановые волосы заплетены в косу из пяти прядей, достающую почти до талии.

– Привет. – Она моргает глазами, спрятанными за большими, в круглой оправе очками, и нерешительно улыбается. – Я – Кловер Энсленд.

Она отступает, чтобы позволить нам переступить порог. Холл – это, пожалуй, самое большое пространство, в котором я когда-либо была. Наверху над лестницей расположено сводчатое окно. Сквозь стекло я вижу скопления звезд. Уже очень поздно, сумрак предвещает скорое новое утро.

Кловер добродушно смеется, когда я осматриваюсь.

– Да, знаю. В этом холле поместится дом моей матери целиком.

Широко раскрыв глаза, Ариент смотрит по сторонам.

– Тут так пусто.

Действительно пусто. Из глубины дома доносятся голоса – размеренный тон Флоренс и более низкий – монстра. Но в холле тихо и спокойно. Мебели почти нет, стены пусты. Свет исходит от единственной свечи. В сумраке под потолком виднеется лампа, но она вся покрыта паутиной, ее явно давно не зажигали. Стеклянные, покрытые пылью плафоны сияют, как драгоценные камни.

Мы следуем за Кловер через холл и идем по длинному коридору.

Я спрашиваю, давно ли она здесь.

– Около года. Это моя первая работа, и впервые я вдали от дома. – Она теребит конец косы и робко, но гордо улыбается. – Я алхимик поместья Лейкседж.

Я удивленно на нее смотрю. Я слышала о том, что алхимики иногда покидают Майлендс – их коммуну, расположенную рядом с далекой столицей, – чтобы жить в поместьях и помогать лордам. Говорят, что они могут творить чудеса. Исцелять так, как не под силу местным травникам. Выращивать урожай на полях, разрушенных засухой. Но материалы, которые они используют, редки и дороги. Поэтому в большинстве мест, таких как Греймер, есть только целители.

– О, – говорит Ариен, его лицо озаряет странная тоска. – Могу я увидеть твои заклинания?

Кловер смеется и закатывает рукав, показывая нам свою руку. Ее кожа испещрена крошечными отметинами из множества деталей. Круги и линии с острыми углами соединены вместе. Ариен наклоняется, чтобы рассмотреть поближе.

– Они красивые, Кловер.

Хотела бы я разделить его трепет. Символы прекрасны, но мысль о том, что в кого-то вплетены заклинания, навсегда оставленные на теле, тревожит.

Кловер ведет нас в большую кухню. В центре стоит стол, чугунную печь только что растопили. Огонь разносит по комнате мерцающее оранжевое свечение. Кловер деловито ходит и разливает чай. Пока Ариен помогает ей, я подхожу к окну. Позади дома в лунном свете виден тихий заросший сад.