Оружейный Барон

— Давай по порядку, что это сейчас было? Какой ещё разлом? — негромко спрашиваю я.

— Ты совсем ничего не помнишь? — Анжелика хмурится.

— А по мне не видно?

— Разломы периодически появляются то тут, то там. Если мне не изменяет память, то первое их появление было ещё полвека назад.

— И с чем это связано?

— Никто не знает. Учёные проводят исследования, но так и не приблизились к разгадке.

Вижу проблесковые маячки и слышу сирену. Кто-то двигается по встречке… Менты?

Мимо на огромной скорости пролетает сразу три «Ламборджини». Москва — новый Дубай? Или как объяснить наличие таких дорогих машин с мигалками?

— А вот и светлые поехали. Сейчас быстро разберутся.

— Светлые? — переспрашиваю я.

— Ты и это забыл? — Анжелика устало мотает головой из стороны в сторону. — Светлые — маги света, как несложно догадаться. С тех пор как стали появляться разломы, их магия стала самой почётной и самой нужной, ведь именно они могут закрыть разлом до того, как оттуда выберутся все нечистые. Раньше светлые считались нулями.

— И моя сестра попала к ним… Немного проясняется… То есть всплывает в памяти.

— А что другие? Светлые, нули, а кто ещё есть?

— Николай, ты будто с луны свалился… — сетует Анжелика.

— Можно просто Коля. Я не обижусь.

— Помимо них, есть: целители, провидцы, алхимики и призыватели. Первых ты уже видел… когда убил Даниила.

— Провидцы? И чем они заняты?

— Они — наши аналитики, сейчас многие заняты предсказанием мест, где появятся разломы. Им с переменным успехом удаётся обнаруживать пятую и четвёртую категорию.

— А что за категории? Сила разлома?

— Верно. Мы столкнулись со второй. Из этого разлома вылезет пять-десять нечистых. А вон там два года была пятая категория, — Анжелика показала на кратер, вокруг которого стояли полуразрушенные дома. — Погибли тысячи крепостных и свободных людей.

— Стоп… — я с трудом переваривал полученную информацию. — Что ещё за крепостные? Мы в каком веке живём?

— В двадцать первом. Чему ты так удивляешься? У твоей семью наверняка несколько десятков тысяч крепостных.

— Эм… — медленно начинаю понимать, куда меня занесло.

Графы, бароны, крепостные — попахивает монархическим строем. Нужно будет узнать о нём побольше, спрашивать Анжелику не стоит, ведь она и так уже с подозрением смотрит на меня.

— Долго ехать? — задаю отвлечённый вопрос.

— Минут двадцать.

Редкие машины проезжают в противоположном направлении, в попутном куда больше, но всё рано мелочь в сравнении с той Москвой, которую я знаю.

— Хорошо, что пробок нет.

— Пробок? — Анжелика будто впервые слышит это слово в контексте дорожного движения.

— Сотен других машин, что мешают проехать.

— А откуда им взяться?

— Крепостные? Свободные люди? Они разве по дорогам не ездят?