Девочка Дамиана. Хочу тебя

Пользуясь моментом, Юлия развернулась и, открыв дверь, подошла к кровати и взяла малыша на руки. Я шагнул следом и облокотился о дверной косяк, наблюдая за ней.

— Отвернись! — Она напряжённо посмотрела на меня.

Ребёнок у неё на руках и не думал успокаиваться.

— Не хочу, — усмехнувшись, отозвался я.

— Да Бог с тобой, Юдин! — процедила бывшая сквозь зубы, потому что ей не оставалось ничего другого, кроме как оголить грудь при мне.

Демид тут же припал к последней и с громким чмоканием начал сосать молоко. Как же я завидовал ему в те мгновения! Юлия же, держа одной рукой сына, второй потянулась за одеждой малого, что лежала рядом, и прикрылась той. Она нервно кусала губы и изредка морщилась, шумно вдыхая воздух. А я стоял, не в силах оторвать от неё взгляда. В тот момент она выглядела такой хрупкой и беззащитной!

Впрочем, Юлия в любом виде вызывала у меня восхищение и желание трахнуть её. В силу же последних событий я был не очень-то и уверен, что она согласилась бы заняться сексом со мной. Хотя я и мог использовать такой грязный приём, как недавно, угрожая ей разлукой с ребёнком, благодаря чему бывшая бы согласилась на всё, мне не хотелось получить безмолвную любовницу, которая стерпела бы чужое насилие. Я желал, чтобы она сама на всё согласилась. Пусть я до конца не верил в её слова, и у меня оставались сомнения, подобное не отменяло того факта, что Юлия по-прежнему была мне небезразлична.

Она волновала меня, как женщина. Как личность. Как мать Демида. И теперь я понимал Захара, когда он воспользовался ситуацией и вновь женился на бывшей жене.

Пока я думал, малыш опять начал хныкать. Бросив на меня смущённый взгляд, Юлия быстро скрыла грудь в бюстгальтере и неуклюже поднялась с места. Ребёнок всё тянул руки к её шее, тыкаясь мокрым лицом ей в щеку.

— Может, он заболел? — Я нахмурился.

Бывшая же остановилась на месте, качая сына.

— Он просто не наелся, — тихо ответила она, направившись в сторону сумки.

— Что?

Остановившись, Юлия повернулась ко мне.

— Подержишь его? Я должна приготовить ему смесь.

Обычная просьба, но… Это меня так обескуражило, что я буквально завис. Нет, не из-за того, что мне было страшно подержать на руках сына, держал же я его до этого! А потому, что Юлия попросила меня о чём-то. Сама. Мне даже не пришлось предлагать ей помощь.

«Может, стоило с самого начала открыто с ней поговорить? Она была права, когда сказала, что я мог появиться перед ней на свадьбе. Я должен был тогда заглянуть ей глаза. Словами можно соврать, они чаще всего ничего не стоят. Но глазами — нет. Её синие глаза никогда не лгали. Они всегда смотрели на меня с бесконечной любовью и нежностью. И она ни разу не упрекнула меня в том, что я, по сути, её тогда бросил», — пришла ко мне мысль.

Юлия начала разговаривать с сыном, и я последовал за ней на кухню. Неизвестно, откуда я всё взял, но мной ощущалось, что так было нужно. Малому так наверняка было комфортнее, да и его маме удобнее. Когда она общалась с сыном, её голос становился намного мягче и спокойнее. Она разговаривала с ним, как взрослым.