Третья цифровая война: энергетика и редкие металлы

Редкие металлы становятся бедствием мирового масштаба

Ущерб, наносимый природе редкими металлами, не ограничивается одним Китаем. Он коснулся всех стран, где имеется их производство, например, Конго, где сосредоточено более половины мировых запасов кобальта. Добыча этого металла, необходимого для производства ионно-литиевых батарей, используемых в электромобилях, осуществляется в ужасных условиях. Сто тысяч шахтеров с лопатами и кайлами долбят грунт, чтобы добыть кобальтовую руду, которой изобилует в частности южный регион Луалаба. Из-за неспособности властей как-то регулировать эти вредные работы окружающие реки и другие экосистемы региона сильно загрязнились. Исследования, проведенные врачами Конго, показали, что содержание кобальта в моче жителей, проживающих недалеко от шахт возле города Лубумбаши в провинции Катанга, превышает его обычный уровень в 43 раза[90].

Точно так же дело обстоит и в Казахстане, среднеазиатской стране, где добывается 14 % мирового объема хрома[91] – металла, весьма востребованного в области авиастроения, так как он входит в состав сверхпрочных сплавов, которые позволяют повысить энергоэффективность конструкции самолетов и вертолетов. В 2015 году ученые из Южно-Казахстанского университета обнаружили, что добыча хрома стала причиной сильного загрязнения крупнейшей среднеазиатской реки Сырдарья. Эти исследования подтвердили, что вода в реке стала непригодной для употребления в пищу, ее также не рекомендовали использовать для полива растений[92].

Похожие проблемы существуют и в Южной Америке. В частности, они вызваны добычей лития – белого металла, встречающегося в недрах соляных пустынь Боливии, Чили и Аргентины. В США литий считается важным сырьем, и рост его производства по всему миру, вызванный развитием рынка электромобилей, в которых он активно используется, несомненно, будет продолжаться и дальше. В связи с этим Аргентина дала понять, что собирается стать мировым лидером по его добыче. Ее власти пообещали, что в ближайшие годы страна сможет производить по 165 000 тонн лития в год, что будет соответствовать 45 % общего спроса на этот металл – при условии привлечения иностранных инвесторов[93].