Чужие души [litres]

Конечно, я заблудился!

И вроде бы повороты считал правильно, точно по схеме мадам Костанцо, но все равно зашел не туда, оказавшись на заднем дворе костела. Тот выглядел весьма аскетично: приземистый, витражи не украшают окна, нет архитектурных излишеств. И знак Триединого, три переплетенных круга, не покрывала вычурная позолота. Я, порядком устав плутать по узким улочкам, увидел лавочку возле небольшого фонтана и решил, что несколько минут отдохну в тишине. А уже потом, расписавшись в неумении ориентироваться на местности, спрошу у кого-нибудь дорогу до «Женского дома». Я даже усмехнулся, представив, как вытянется лицо у человека, когда с подобным вопросом к нему обратится эльф.

Вдоволь напившись из фонтана – вода здесь была чистой и вкусной, не чета убожеству на портовой площади, я устроился в тени, благодушно изучая разведенный во дворе сад. Заднюю стену костела оплела цепкая глициния. Ее корни и нижние ветви смешно топорщились, будто красавица подготовилась к побегу. От крупных лиловых кистей, напоминающих яркий водопад, тянуло душистым сладким ароматом. Цветы уже начали опадать, и я постарался запечатлеть в памяти каждую деталь невероятной красоты.

Человеческие города Старого Света, в которых я жил раньше, были ужасны и грязны. А может, у меня просто не выдавалось возможности находить в них прекрасные уголки.

На нескольких круглых клумбах пышно цвели высокие алые розы. В стороне поскрипывала старая яблоня. Всю траву под ней усыпали белые лепестки. Мне было хорошо и спокойно. Где-то вдалеке пронзительно кричали чайки. На соседней улице разгорался спор двух что-то не поделивших женщин. Я вдыхал соленый жаркий воздух города и был почти умиротворен и расслаблен.

– Доброго дня, – я так залюбовался садом, что даже не заметил, как мое тихое уединение нарушили, – если помешал, зайду попозже.

Я недоверчиво посмотрел на русоволосого служителя Триединого. Он использовал какой-то незнакомый вид иронии?