Мельничиха из Тихого Омута 2

Поцелуй в лесных сумерках продолжался, и я немножко увлеклась, уже сама обняв судью и привстав на цыпочки, чтобы быть как можно ближе к нему. Рейвен на секунду оторвался от меня, тяжело дыша, и я решила немедленно брать дело в свои руки. Вернее — в зубы, легонько укусив его за нижнюю губу, заставляя приоткрыть рот, а потом во всей красе продемонстрировав, что значит — целоваться по-французски.

Судья оказался отличным учеником и вскоре уже способен был преподавать поцелуйные мастер-классы мне самой. Одновременно он умудрился забраться рукой за край моего корсажа и очень нежно, и проворно нашел, оценил и одобрил те булочки, для которых муки не надо.

Боюсь, тут я совсем увлеклась, потому что опомнилась, только когда судья подхватил меня на руки и потащил куда-то с обочины в лес.

— А куда это вы меня несёте? — спросила я благожелательно, когда господин Кроу уронил поводья, и вороной, оставшись на дороге, задумчиво посмотрел нам вслед.

— Мне надо отвечать на этот вопрос? — спросил он, но нехотя остановился.

— Можете не отвечать, — успокоила я его, — но вот отпустить меня вы обязаны. Не теряйте головы, ваша честь. Она вам ещё понадобится. Голова, я имею в виду.

— Считайте, что я вам всё отдал — голову, сердце, душу, — сказал судья, жадно глядя мне в лицо и совсем не торопясь ставить меня на ноги. — А вы — точно не ведьма? А то я что-то начал сомне…

Договорить он не успел, потому что зашипел змеёй и выпустил меня так резко, что я едва успела встать на ноги, чуть не упав. Волосы упали на лицо, и я не сразу поняла, почему господин судья скачет, как козел, ругаясь при этом совсем не романтическими выражениями, а когда разглядела — чуть снова не свалилась на землю, на этот раз от хохота.

Моё новое приобретение — черный Лексус — каким-то образом оказался на большой дороге, подкрался к нам незаметно и вцепился в ляжку господину судье. Осёл и сейчас не собирался отпускать судью, держа его за штаны зубами, а Рейвен безуспешно пытался схватить его за ухо.

— Вы кого купили, хозяйка?! — заорал он, уже не сдерживаясь. — Это же не осёл! Это собака какая-то!..

Он, наконец, добрался до ослиных ушей, и Лексус, протяжно заревел, разевая рот и выпуская судейские штаны.

— Исчадье ада! — рявкнул Рейвен, отправляя осла пинком подальше и поглаживая себя пониже седалища, повыше колена. — Он мне полноги отхватил!..

— Да нет… ваши ноги на месте… — еле выговорила я, изнемогая от хохота. — И всё остальное… тоже… к огромному счастью!..

— Вам смешно, — произнес он укоризненно. — Ослов надо привязывать покрепче, к вашему сведению.

— Запомню на всю жизнь, — заверила я его. — Но каков мой Лексус!.. такой момент испортил!..

— Я тоже запомню, — ледяным тоном сказал судья и так посмотрел на Лексуса, что осёл мгновенно насторожился. — И думаю, что скоро появится ещё один утопленник.

Он сделал всего один шаг по направлению к Лексусу, и осёл вдруг сорвался с места и помчался прочь с такой скоростью, что я только рот открыла, мигом позабыв смеяться.