Выпаданка (не) обыкновенная
- Автор: Шеверина Юлия
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Выпаданка (не) обыкновенная». Краткое содержание книги:
А что еще делать юной наследнице Артефактории? С одной стороны на меня положил глаз коварный оборотень, с другой — первая любовь предлагает выйти замуж. И все это в эпицентре преступного заговора. И накануне АФЕРЫ, крупнейшей в истории маг. мира! Интересно, кто же ее совершил? Хм. Но обо всем по порядку;)
По миру С.Субботы для конкурса «Мир Двуликих».
А если и знали, то не представляли себе, как это "что-то" выглядит. Мой отец не зря считался гениальным артефактором. В какую форму он вложил артефакт? Да кто его знает!
Они обыскали всё. Вынесли все бумаги — на полу я не нашла ни намека, ни клочка, ни обрывочка. Мне остались пустые полки и ящики.
Матушка определенно была в этом кабинете, ведь у нее был сюда доступ.
Весь город уже знает, что она пропала, но никто не знает, как именно. Люди строят предположения, а оборотни? Не думаю, что оборотней беспокоит судьба какой-то "блошки"… Так они о ней думают…
Но их определенно интересует то, как она пропала и куда. Иначе зачем переворачивать вверх дном кабинет? Только затем, что именно здесь обрывается её след. Да, мистер Тайгер?
Я проверила, нет ли кого-то в коридоре, и подошла к еще одному нетронутому вандалами предмету.
Моя любимая картина — тот самый портрет бабушки Лу.
Луизетта Бизо смотрела на разгромленный кабинет и загадочно улыбалась, едва ли приподнимая уголки губ. Улыбалась так, как умела только она — одними лишь глазами.
Да, видно, что картину со стены снимали, двигали в стороны. Сейчас она висела немного криво, открывая границу темного и более светлого, выгоревшего на солнце, дерева.
Я была очарована этим портретом с детства. Что говорить — первый мой рисунок, как и все последующие — это был портрет бабушки Лу.
Видимо у тех, кто делал обыск и громил кабинет, все же есть чувства и нежная улыбка моей прародительницы задела и их.
Кроме того, картина, написанная неизвестным художником, представляла определенную ценность и была известна как уникальный образец мастерства старой школы.
Спасла ли ее загадочная улыбка или же высокий уровень культуры людей с топорами, рубивших мебель, не знаю… Важно, что бабушка Лу меня дождалась.
Изображенная в полный рост, она, кажется, сейчас сойдет с полотна — сделает шаг из рамы, обнимет и погладит по голове.
— Все будет хорошо. — сказала я тихонько и улыбнулась женщине с лицом ангела.
Моего ангела-хранителя. Потому что я уже заприметила то, что искала. То, что она хранила для нас с мамой.
Я подошла к портрету ближе: много раз в детстве я изучала каждый след кисти, каждое движение художника, мечтая повторить его.
Когда я переехала к бабушке, матушка даже сделала для меня ужасно дорогую голографическую копию этой картины, чтобы я могла её рисовать, будучи далеко от оригинала.
Я знала все ее трещинки и переходы цвета.
Но ее рама никогда меня не интересовала. Простая деревянная, без сложной резьбы, почти бедная. Единственным ее украшением был небольшой овальный медальон внизу. На медальоне, в центре, было едва заметное углубление. А под ним, с пафосом и вензелями, как положено, выгравирована наша фамилия — Бизо.
Посторонний мог бы подумать — это фамильный знак, которым многие семьи отмечают ценные предметы в семейной коллекции. Или же что это — фамилия изображенной на нем дамы.
И тот и другой варианты были верны.
Как же часто люди не видят то, что лежит прямо у них перед носом? Даже если этот нос чувствителен ко всем видам запахов в обеих ипостасях — и в человеческой, и в звериной.
Иногда все так просто! Чтобы что-то надежно спрятать, нужно разместить это что-то на самом видном месте на высоте коленей взрослого человека.
А оборотни еще выше и крупнее, так что для них это будет вообще где-то там, в муравьином миру…
На уровне коленей взрослого или на уровне груди маленькой девочки. Взрослые так редко замечают то, что ниже уровня их глаз…
Я присела, надеясь, что никто не зайдет. Юбки моего взрослого пышного платья легли мягкими волнами на поцарапанный чьими-то длинными когтями пол.
Ощупала широкий подол. Горничная, выделенная мне Кати Гаро, с утра приколола к краю нижней юбки простую металлическую булавку.
— Чтобы вас, леди, никто не сглазил. — доверительно сообщила мне добрая женщина. — Можете не верить в это, но мы, простые люди, верим в приметы. Вы уж не выкидывайте ее, пожалуйста. В нашем мире такой красивой девочке любая помощь нужна. Если работает — хорошо, если нет, хуже же не будет, если вы ее будете носить?
Я мысленно порадовалась суеверности простого народа. Булавка действительно сейчас пригодится. Да где же она?
— Ой! — искомое обнаружилось само собой посредством втыкания в палец острым концом.
На пальце выступила и начала набухать красная бусинка.
Немного не так, как я планировала, но нужный эффект достигнут.
Я улыбнулась и приложила палец к той самой, едва заметной овальной выемке. Прижала и отпустила, подушечка легла ровно в ямку. Идеально… будто эта ямка была создана для прикладывания окровавленных пальцев.