Невинность в жертву

— Когда вечер подойдет к концу, вы поменяетесь местами. А сейчас возвращайтесь в зал и делайте вид, что вам весело. Особенно тебе, Эльвира.

— Ай!

Сестра всхлипывает, когда мать с силой наступает ей каблуком на ногу.

— Дрянь такая. Если у нас ничего не выйдет, я тебя на органы сдам или в рабство, раз Рустам, видите ли, тебе так противень. Раз ты у нас любишь трахаться со всяким быдлом, то швалью станешь в дешёвом борделе. И попадешь в свою стихию, позорище семьи!

— Не говори так, мама.

— Замолкни! Да ты просто шлюха дешевая, раз с водителем так тупо перепихнулась… И ради чего? Ради бесплатного сифилиса? Вы хоть предохранялись? Или завтра мы узнаем, что ты залетела от нищеброда?

У сестры опять начинается истерика.

Накрыв лицо ладонями, она давит в себе всхлипы.

— Я прошу тебя, — мне приходится вмешаться, но меня никто не слушает.

Рыкнув мать быстрым шагом семенит в дом, хватает бокал с подноса у официанта и залпом его осушает. Затем в ход идёт второй бокал, с которым она делает тоже самое.

Я обнимаю сестру и шепчу ей на ухо успокоительные речи.

— Ну все, успокойся, нам пора возвращаться. Веди себя естественно. Я всё улажу, я помогу тебе. Всё будет хорошо. Он не оторвет нам головы… Не плачь! Мать просто пьяна.

Кивнув, немного успокоившись, Эля тоже возвращается в зал.

Опустив ресницы, я настраиваюсь на важную миссию, шепчу в уме:

“Так, спокойно, Мия, только спокойно”.

Сжимаю кулаки, так сильно, что ногти ладони пронзают.

Все обойдется… Все будет хорошо.

Надо просто взять и смириться.

Заранее настроится на страшную участь.

Вот это поворот конечно…

Вечер подходит к концу, уже даже отгремел праздничный салют. Гости начали разъезжаться по домам, но мы с мамой должны были остаться в поместье Айдарова еще на несколько недель, чтобы поддержать сестру и насладиться здешними красотами.

Рустам в компании мужчин уединяется ненадолго в комнате для азартных игр, чтобы поиграть в покер. Это наш шанс.

— Пора. Сейчас самое лучшее время, чтобы подменить невесту.

Мать хватает нас за руки и обеих тащит в уборную.

— Снимайте все тряпки. Все до единой. И переодевайтесь!

Мы быстро скидываем платья, мама помогает мне надеть свадебное платье и затягивает корсет. Очень туго тянет. Невозможно дышать. Сразу видно, она в гневе. Затягивает веревочки от души.

Мы готовы. Замираем перед ней, встав в шеренгу. Мама тщательно нас осматривает, хмуря брови. Делает шаг вперед и распускает мои волосы, вынимая из причёски все шпильки. Затем, губы подкрашивает такой же помадой, какая была у Эли.

— Так, вроде порядок. Вас и правда трудно отличить. Сами знаете, что даже родная мать вас, порой, путает.

Синхронно киваем.

— Да, чуть не забыла. Эля — кольцо.

Сестра вытягивает вперёд руку, мать снимает с безымянного пальца золотое обручальное кольцо, украшенное крупным бриллиантом, надевает его мне на руку.

— Ладно, выходим.

Мы покидаем уборную, направляясь в холл, приближаясь к шикарной витиеватой лестнице, застеленной красным ковром.