Соблазненная во тьме (ЛП)

Эксцентричный - не совсем то слово, которое я бы к нему применила.

- Подожди... если ты знаешь, где он, почему ты не...

- Мексика - это не Соединенные Штаты, мисс Руис, и мы не можем выслеживать каждого преступника, находящегося в другой стране, основываясь только на подозрениях, которые не можем доказать. Кроме того, он покинул страну и уехал в неизвестном направлении. Может, в Пакистан?

Я поднимаю на него глаза и качаю головой.

- Сложно сказать.

Я задавалась вопросом, остались ли они в живых: Фелипе, Селия, Малыш и Нэнси. Мне хотелось бы верить в то, что Калеб не причинил вреда Селии, но потом я вспомнила кровь, и подумала, что если... Нет, я не смогу справиться с этим.

- Мисс Руис, где пройдет аукцион? - слова Рида серьезны и остры.

Это его конечная цель. И мне, действительно, придется сделать выбор.

- Я, на самом деле не знаю, Рид. Правда. Я не могу сказать точно, но, возможно, я дам какие-то зацепки. Может, если ты выслушаешь всю историю, то вычислишь сам. Скорее всего, ты и сам знаешь больше меня.

- Хорошо. Рассказывайте.

Теперь уже моя очередь улыбаться и качать головой, - Нет. Не без гарантий.

Он раздражен, - Программа Защиты Свидетелей. Я говорил вам, что не могу этого гарантировать. Более того, я не думаю, что для вас это станет верным шагом. Последнее, что вам нужно - это отгородиться ото всех и вся. Это бегство.

- Меня не волнует, что ты думаешь. Я хочу исчезнуть. Я хочу, чтобы все это осталось для меня в прошлом, и если я когда-нибудь решусь коснуться его - это мое личное дело. Не твое.

В течение нескольких минут мы с Ридом обсуждаем условия, которые я выдвигаю в обмен на свою историю. Это не очень приятно. Когда ему надо, Рид может быть страшным ублюдком, и я солгу, если скажу, что он меня не пугает... но я хочу с ним побороться. Есть вещи, под которые я не буду прогибаться, и есть противостояния, в которых я полна решимости одержать верх.

- Я знаю, чего хочу, Рид, и если ты не можешь мне этого дать... то тебе ни хрена не повезло. После того, через что я прошла, мне наплевать на то, что ты думаешь и что ты можешь со мной сделать.

Челюсть Рида сжимается, и я слышу скрежет его зубов. Продолжительное время он смотрит на меня жестким, неотрывным взглядом, и, несмотря на то, что мне хочется сжаться, я этого не делаю.

- Начинайте свой рассказ.

- Ты поможешь мне? - шепчу я, но держу свой подбородок поднятым, а наши глаза на одном уровне.

Он медленно выдыхает и расслабляет свою челюсть, - Я сделаю все, что в моих силах. Если вы расскажите, где пройдет аукцион, я помогу вам.

Мое сердце поднимается к горлу. Мне хочется перепрыгнуть через стол и задушить его в своих объятиях. Он дает мне надежду. Надежду на то, чего я хотела больше всего на свете.

Предельно осторожно, я облизываю свои губы и готовлюсь рассказать Риду о том, что он хочет услышать.

***

С чего начать?

Между мной и Калебом очень многое изменилось… и очень многое осталось прежним. Он все еще был человеком, нанявшим безжалостных головорезов, чтобы те похитили меня. Жестоким человеком, неделями удерживающим меня запертой в темной комнате, вынуждая меня стать зависимой от него, желать его, полагаться на него, до тех пор, пока мои собственные инстинкты не перестали этому сопротивляться. Он был человеком, спасшим мою жизнь, и человеком, подвергшим ее опасности. И наконец, он все еще был человеком, собирающимся продать меня в качестве секс-рабыни. Шлюхи.

У него были собственные причины для того, чтобы заполучить меня обратно, и его мотивы были далеки от моего благополучия - единственное, чего он хотел - это свою месть. Знала ли я, почему он хотел отомстить? Нет.

Доверие между нами не было взаимным. Но у меня не было выбора, кроме как доверять ему некоторые аспекты своей жизни: сохранность этой самой жизни, свое питание, свою безопасность и пока это не касалось его самого - свою неприкосновенность. Оставалось не так уж и много, но я отказывалась доверять ему самое важное, что у меня было - свое будущее.

Думаю, взаимоотношения между нами оставались прежними, и ничто другое не имело значения. Значение имело только то, что я была другой.

Из наивной девочки меня насильно превратили в женщину. Я была изъедена болью, печалью, страданием и потерей, и обласкана похотью, гневом и неуемным желанием жить. Я понимала то, о чем раньше даже не догадывалась. Я понимала потребность Калеба в мести, потому как семя этого чувства было посажено и в меня. Я осознавала, почему ему так часто удавалось повернуть мое тело против меня самой - мое желание к нему было бесконечным. Но самое главное, что я уяснила для себя, и что должен уяснить для себя каждый, и пронести это через всю свою жизнь - единственный человек, на которого, по-настоящему, можно рассчитывать - это ты сам.

Наконец, уложенная Калебом спать, меня продолжала бить дрожь от демонстрации его господства надо мной. Я должна была быть зла на него, на самом деле зла, но то, как он оторвался на мне, заставило меня осознать, каким внимательным и нежным он был раньше.