Электронная книга - «Ежик в Замкадье, или Знакомство с родителями». Краткое содержание книги:
Вечером у меня отваливалились плечи и спина с такой силой, что моими страданиями прониклась даже злобная Машка. Ну, я так думал. Поначалу. Она уложила меня на тонкий матрасик, намазала маслом, а потом начала зверски пытать, выдавая свои издевательства за массаж. Я вырывался, молил о пощаде, требовал адвоката и взывал о помощи, но все, чего я добился, — это улегшегося рядом Санька, который ласково водил по мне руками там, где не было Машки, и уговаривал немного потерпеть во имя светлого будущего. Я стонал, ворчал, ехидничал, издевался над всем и вся и терпеть не хотел. Рыжик с Машкой ржали надо мной и моим нытьем, как лошади, и прекратили свои издевательства только ближе к ужину, который в меня практически насильно запихнул заботливый Санек. Я дошел до постели и уснул мертвым сном сразу, как только коснулся головой подушки.
…
Я проснулся посреди ночи от того, что ко мне в постель забрался Санек. Гости разъехались, и нам на двоих отдали комнату на втором этаже, так что спали мы теперь в одном месте, но на разных диванах.
— Санек?
— Спи, Макс, сегодня мы в баню не пойдем. Ты выглядишь ужасно, так что будем просто спать.
— Уверен?
— Да. Тебе нужно отдохнуть. Не надо было сегодня так долго дрова колоть. Ты и так на привидение похож. Завтра ничего не будем делать, просто отдохнем. На озеро съездим, позагораем, клубнику на полянах поищем. Никаких тяжелых физических нагрузок.
— Прекрасная мысль. А ты сейчас…
— Я утром оденусь и в свою постель переберусь, не переживай.
— Я люблю тебя, золотце мое.
— Я знаю.
…
Меня разбудил петух. Точнее его жуткий вопль, который разнесся по всей вселенной и, наверное, разбудил даже Сатану в Аду. Надо было вчера топором не дрова рубить, а петуха. Из него получился бы отличный бульон. Я провел рукой по рыжим волосам спящего на моей груди Санька. Поскорее бы вернуться домой и перестать прятаться. Это так унизительно! Я обнял любимого покрепче. Что надумал Лев Ермолаевич? Вчера он не задавал мне вопросы, ехидно переругивался с нами тремя и просто наблюдал. Что он хотел увидеть? Кто его знает. Санек сказал, что дед в юности был НКВД-эшником, а эти товарищи, как известно, никому не товарищи, и тараканы у них в головах размером со слона. Оставалось надеться, что у старикана нигде не спрятан наган, из которого он меня и пристрелит.
Дверь скрипнула… Дьявол! Я зажмурился, но менять что-либо было уже поздно, так что я вцепился в едва прикрытого легким одеялом обнаженного Санька изо всех сил и открыл глаза.
— Ребята, вы хотели на озеро… — начала говорить Татьяна Львовна и осеклась, замирая статуей в приоткрытой двери. Мда… надеюсь, Санек не соврал, и у нее лошадиное здоровье.
— Ежик, ты чего? — сонно заерзал на окаменевшем мне Рыжик, поцеловал в щеку и обхватил рукой за шею. — Расслабься, я никому не позволю тебя обидеть, любимый.
— Я знаю, сердце мое, — сказал я, глядя его матери в глаза. — Я знаю.
Татьяна Львовна закрыла рот ладошкой в тихом ужасе, а я смотрел на нее и был той самой мышью, что плакала, давилась, но продолжала жрать кактус. Мне было стыдно, больно… и нестерпимо сладко от того, что Санек чувствовал все, что происходит со мной, защищал меня и признавался мне в любви даже во сне. Я провел рукой по его обнаженной спине, запустил руку в рыжие вихры, поднимая его лицо к своему, и крепко поцеловал в губы. Я не отдам любимого никому. Никогда.
Простите, Татьяна Львовна, я не хотел причинять боль, правда, но вам придется все это понять и принять. У вас тоже нет выбора. Надеюсь, вы поймете это до того, как на пару с дедом оторвете мне голову. Или яйца. Или то и другое сразу.
— Мммм, что ж ты так вкусно целуешься-то, Ежик?! В этом доме стены картонные, а кровати скрипят от малейшего шороха, но терпение мое иссякло, так что секс у нас с тобой будет. Здесь и сейчас, а не в бане, слышишь? Тихо, быстро и очень жестко.