Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3
- Автор: Кристи Агата
- Серия: Агата Кристи в трех томах #3
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Интернет-издание (компиляция)
- Переводчик: Перевод коллективный
- Жанр: Классические детективы
Электронная книга - «Вся Агата Кристи в трех томах. Том 3». Краткое содержание книги:
В хронологическом порядке, с разделением по циклам, переводчики и год первой публикации указаны в конце каждого произведения.
Сборка: Diximir (YouTube) 2021 г.
Мэри резко повернулась к супругу.
— Тебе бы лучше попридержать язык, Мики, — спокойно сказал Филип. — Когда к стене прижмут, болтать негоже. Нас всех прижали.
— Значит, никто не собирается высказаться, да? — спросил Мики. — Хорошо. Пусть так. Но давайте немножко поразмыслим об этом, когда отправимся спать. Может быть, что-нибудь и надумаем. Иначе говоря, пусть каждый подумает о случившемся. Вам ничего не известно, Кирсти? Насколько мне помнится, вы всегда знали, что творится в доме, хотя, впрочем, никогда об этом не рассказывали.
— Думаю, Мики, вам следует придержать язык, — грубовато заметила Кирстен Линдстрем. — Мистер Маршалл прав. Болтовня — признак глупости.
— Следует поставить вопрос на голосование, — предложил Мики. — Пусть каждый напишет имя на кусочке бумаги и бросит в шляпу. Интересно, кого же большинство признает убийцей?
На этот раз Кирстен закричала:
— Замолчи! Хватит паясничать, несносный мальчишка! Пора бы повзрослеть.
— Я всего лишь предложил обдумать ситуацию, — растерянно пролепетал Мики.
— Вот мы и обдумаем, — повторила за ним Кирстен Линдстрем.
Голос ее прозвучал угрюмо и хрипло.
Глава 11
Над «Солнечным гнездышком» опустилась ночь.
Семь человек разбрелись по своим комнатам в поисках ночного отдыха, но сна не было…
Филип Дюрант, с тех пор как болезнь лишила его члены подвижности, все большее утешение находил в интеллектуальной активности. Он всегда был неглупым человеком, а теперь осознал в полной мере, какими возможностями располагает наш разум. Зачастую Филип забавлялся тем, что пытался предсказать, как поведут себя окружающие в тех или иных условиях. Его слова и поступки в таких случаях не были естественным выражением чувств, но имели единственное назначение — посмотреть, какую они вызовут реакцию. Эта игра ему нравилась; если реакция соответствовала ожидаемой, он мысленно ставил себе положительную оценку.
В результате такой интеллектуальной игры Филип, возможно, впервые в жизни стал подмечать, сколь разнообразны человеческие натуры.
Прежде человеческая индивидуальность как таковая не особенно его занимала. Люди, с которыми его сталкивала судьба и которые его окружали, могли ему нравиться или не нравиться, с ними было весело или скучно. Но он привык действовать, а не размышлять. Его богатая фантазия была направлена исключительно на поиски новых способов добывания денег. Все эти новые способы были хорошо обоснованы, но полное отсутствие у него деловых способностей давало никчемные результаты. И лишь теперь он взглянул на людей как на пешки, которыми двигает уверенная рука. Болезнь отторгла его от прежней активной жизни, но помогла уяснить человеческую сущность.
Это началось в больнице, когда от нечего делать он начал присматриваться к любовным шашням сиделок, их взаимной вражде, мелким интригам и прочим гримасам больничного быта. И эта наблюдательность вошла в привычку. Жизнь не оставила ему ничего, кроме людей. Простых людей, которых можно изучать, познавать, анализировать, выяснять, какие пружины заставляют их двигаться. Можно попытаться предсказывать их поведение. Увлекательное занятие…
В тот самый вечер, сидя в библиотеке, он наконец-то понял, насколько мало знакома ему семья его собственной жены. Что знал он про этих людей? Ему примелькалась их внешность, а что скрывалось за ней? Странно, но ему это было неведомо.
Да знал ли он и свою жену? Филип задумчиво оглядел Мэри. Что можно о ней сказать? Он влюбился в нее, ему понравилась ее приятная внешность, ее спокойная деловитость. К тому же у нее были деньги, что тоже имело значение. Жениться на девушке без гроша в кармане? Об этом и думать не стоило. А здесь все сочеталось самым наилучшим образом! Он женился, любил ее поддразнить, называл Полли и веселился, когда повергал ее в растерянность непонятными шутками. Но что же он знал о ней, о ее мыслях, переживаниях? Знал совершенно точно, что она глубоко и страстно его любила, была ему предана. Однако при мысли о ее привязанности делалось неуютно, казалось, на плечи давит непосильная тяжесть. Что может быть лучше любви, от которой есть возможность избавиться на девять или десять часов в сутки? Приятно возвращаться домой, когда тебя там ожидает любовь. Но если с тебя беспрестанно сдувают пылинки, трясутся над тобой, холят, обихаживают, тогда тебе делается не по себе. И хочется куда-нибудь убежать, хотя бы мысленно… поскольку другие возможности отсутствуют. Убежать в созданный тобою мир интеллектуальных занятий — думать, наблюдать, размышлять об ином.