Забудь обо мне

Мы сидим на втором этаже кофейни, на только что выстеленном каменными плитами полу. Чтобы закончить ремонтные работы до Нового года, бригада трудится день и ночь, и это — почти буквально.

Уже готовы стены и все отделочные работы. Стойку для баристы соберут завтра и потом останется только расставить столы и стулья.

Если не случится никакого форс-мажора — я открою свое маленькое кафе уже второго января и буду изо всех сил надеяться, что эта затея не окажется провальной.

Хотя, она ведь не моя. Это Бармаглот придумал, что кафе на втором этаже кондитерской с видом на старые дворики Москвы — то, что нужно для любителей незатейливых сладостей. Я просто решила, что, если бизнес идет хорошо — лучше, чем я могла надеяться — самое время пойти немного дальше.

То есть забить делами и заботами каждую секунду каждой минуты своего свободного времени. Чтобы не думать ни о чем, кроме саморазвития и штурма новых Олимпов.

Юлиана как-то пошутила, что мне нужно сперва развить бизнес до оптимально высокой точки и только потом думать о личной жизни, потому что мой успех — это явно, как в той песне, из-за затишья в любви.

Я поулыбалась и отшутилась чем-то в духе: «Первым делом булочки, а мальчики — потом!»

— У меня на все Новогодние праздники есть только один план — спать и работать, работать и спать.

— И иногда есть, — ворчит Юлиана, выразительно дергая мой порядком обвисший на плечах свитер.

В последнее время правда похудела. Утром даже испугалась отражения в зеркале. Даже без грима можно быть отличной ходячей калаверой[1] на El Día de Muertos[2].

— Обещаю сожрать коробку конфет и десяток неполезных бургеров, — в шутку скрещиваю пальцы, давая обещание, которое, конечно же, не собираюсь выполнять.

Удивительное дело, но после того, как сладости прочно вошли в мою жизнь, они стали для меня товаром, а не удовольствием для желудка. Так что, так уж получается, сейчас все мои удовольствия лежат исключительно в плоскости работы. Сомнительная радость, конечно, но зато благодаря ей я, наконец, скопила первый взнос на новую квартиру.

Мою собственную квартиру.

Небольшую, конечно, но зато в новостройке, в приличном районе, с личным местом на подземном паркинге и видом на парк.

Если все пройдет хорошо и не случится проволочек с проверками, я смогу въехать в нее уже через пару дней.

И тогда, пожалуй, исполню еще одну свою мечту — заведу пару котов.

Размером с бегемотов, мейнкунов с длинными кисточками на ушах.

И тогда мне будет ради кого возвращаться домой.

— Знаешь, у Миши есть очень милый приятель… — как бы между прочим говорит Юлиана. — Ему, конечно, уже за тридцать, но он очень славный.

— Ты заделалась свахой? — не прячу веселую улыбку. — Я решила выйти замуж за работу. И даже отхватила на распродаже Синие чулки.

— Алиса, так нельзя… — Юлиана отставляет в сторону стаканчик с кофе, и я мысленно прошу все силы Вселенной сделать так, чтобы пытка «тебе нужны отношения» продлилась не дольше минуты. — Уже сколько времени прошло, сколько можно убиваться?

— Да я вроде бодра и весела, на труп пока не похожа. — Опираюсь на отставленные за спину руки и запрокидываю голову, воображая, будто нежусь на солнышке где-то на пляже Сейшел, а не сижу на полу в холодном и снежном русском декабре. — И, прости, но с некоторых пор у меня стойкая аллергия на словосочетание «милый парень».