Ода контрразведке

Делает это Захарчук мастерски, – с оглядкой на возможные обвинения в клевете, хотя оглядка эта не выдерживает никакой критики. Приведя слова Бобкова, Захарчук пытается балансировать: “Конечно, Бобкову верить безоговорочно нельзя” – и далее пишет совершенно поганую вещь: “Но даже если допустить, что Цвигун приписал себе участие в партизанском движении…”! Когда этот “автор” отбирал из моего блога все необходимое для своей главы о кинотрилогии, он не мог не видеть мои отсылки к военной биографии деда и его непосредственном участии в формировании партизанского движения. Тем не менее, Захарчук не только проигнорировал всю эту информацию, но и заменил ее на гнусные слова Бобкова и не менее гнусные собственные допущения, которые умудряется еще приправить комплиментами: “Но даже если допустить, что Цвигун приписал себе участие в партизанском движении, то нельзя не подивиться тому, как мастерски и в самых достоверных подробностях он его описывает”…

Господь судья Филиппу Денисовичу, почему и при каких обстоятельствах он сказал, что Цвигун не воевал и далее по тексту – ведь он имел доступ к документам, которые открылись только в наше время. Хотя то, с каким упрямством некоторые писатели и журналисты любят цитировать к месту и не к месту негативные отзывы Бобкова о Цвигуне, вызывает вопросы. Причем не только у меня – об этом говорил мне в интервью бывший друг Бобкова Борис Николаевич Пастухов, который сомневается, что свои мемуары Бобков писал полностью самостоятельно, без указки ввести дополнительные “оценки” и акценты».

В этой связи нельзя не впомнить и о той травле, которую развернули еще в годы «перестройки» в отношении Леонида Ильича Брежнева. Сегодня ни на праздничных парадах, ни во время Бессмертного хода уже никто не вспоминает о военных заслугах бывшего лидера страны, лично возрождавшего после хрущёвского безвременья память о Великой Победе. Невозможно без содрогания вспоминать, как с телеэкрана клоун Хазанов пародировал дикцию, которую Брежнев приобрел в результате ранения и контузии на фронте, а все страна при этом дружно смеялась. Так и поверишь, что каждый народ имеет ту власть, которую заслуживает – Горбачёва и Ельцина.

Поэтому не лишне напомнить, как воевал Леонид Ильич Брежнев. К началу 1943 года Новороссийск был оккупирован немецкими и румынскими войсками. Линия фронта проходила по восточному берегу Цемесской бухты в районе цементного завода. Ставка поставила перед командующим Закавказским фронтом генералом армии Иваном Владимировичем Тюленевым задачу подготовить и провести наступление на Краснодар, чтобы отсечь северокавказскую группировку немецких войск.

С этой целью был разработан план десантной операции в районе Новороссийска. Основной десант высаживался с кораблей в районе Южной Озерейки, а вспомогательный под командованием майора Цезаря Куникова, состоявший из 275 бойцов морской пехоты – в районе Станички. Основу отряда составили защитники Одессы и Севастополя, которые в течение 25 суток проходили дополнительную подготовку. Пётр Межерицкий, автор книги о Цезаре Куникове, писал: «Весь личный состав отряда, включая и самого командира, готовился к высадке по программе, в которую попросту нечего было добавить. Дни и ночи были заполнены напряженными тренировками. Ночью, в самый глухой ее час, можно было услышать грозное матросское “Ура!” – в тот миг, когда во главе с Куниковым его люди, подойдя на катерах к мелководью, в полной амуниции бросались в студеную январскую воду – по пояс, по шею, иногда с головой». Учились быстро окапываться, ходить по гальке с завязанными глазами, не глядя разбирать и собирать любое оружие, в том числе трофейное, метанию ножей. Каждый должен был владеть пулеметами и минометами всех систем, трофейными орудиями. Учились бинтовать, останавливать кровотечение, накладывать шины при переломах. Учились распознавать минные поля, минировать и разминировать местность, по голосу и шепоту узнавать товарищей…