Секретарь старшего принца 8

— Да, рассказывай дальше.

— Потом нас всех спасли.

Слишком странные у Элора интонации. Он задумывается, рассеянно смотрит в потолок. Но, кажется, я и без этой короткой паузы знаю, что за этой фразой спрятано что-то важное и эмоциональное.

— Суккуб, столько лет исподтишка портившая нам, Аранским, жизнь, нашла способ с нашей помощью уничтожить всех правителей Эёрана, — продолжает Элор. — Но ей помешали. Тогда выяснилось, что отборы моего брата Лина не принесли результата из-за испорченного артефакта. Так как мой младший брат Арен уже обзавёлся избранной-иномирянкой, некоторые из вассалов решили, что им выгоднее пристроить свою родственницу или подопечную Лину и признать его наследником вместо Арена.

Пытаюсь вспомнить и понять, что меня зацепило, но не получается, а Элор всё говорит и говорит, будто хочет скорее проскочить эту часть истории:

— Ради такого дела нам одолжили магию для подзарядки родового артефакта и внеочередного отбора. Отец воспользовался этим, чтобы попробовать спасти меня, ведь только образованием связи с избранной можно было очистить мой магический источник. Так ты стала избранной. И умудрилась скрыть этот факт, закрывшись абсолютом. Но всем было не до этого: связь Арена с избранной усилилась, и они оказались драконом с денеей. От этой новости демоны зашевелились и выпустили к нам межмировое чудовище огромного размера. Тогда зашевелились боги, и общими силами чудовище победили. Тебя тогда чуть не съели, между прочим!

— Но не съели, — задумчиво отзываюсь я, всё ещё пытаясь понять, что Элор скрывает за торопливой речью об этом периоде.

— К счастью, — Элор целует меня в лоб и продолжает спокойнее, словно то непонятное и неудобное для рассказа уже закончилось. — У демонов заодно случился государственный переворот, поэтому война между нашими мирами не состоялась. Мне вручили пару неожиданно присвоенных королевств и велели обустраивать гнёздышко для пропавшей избранной. Ты продолжала изображать мужчину и делать мою жизнь немного невыносимой. Но тут, к счастью, подвернулся случай найти Неспящих, месть которым стала целью твоей жизни.

— М-м, Элор, — перебиваю я, припомнив кое-что, что может оказаться причиной его торопливости.

— Да, любовь моя, — в его нежном тоне чувствуется скрываемое волнение.

— Элор, когда ты говорил об окончательном принятии любви ко мне как любви к мужчине… Я знаю, что у меня был инструмент в виде члена, способный полностью имитировать его функции. Я его использовала на тебе?

Глаза Элора распахиваются широко-широко, на щеках проступают красные пятна.

— Если что, — пытаюсь утешить я, — стесняться не надо. Наверное. Эмоции часто толкают на… разное.

— Нет, не пользовались! — лицо Элора полностью заливается краснотой. — И не смотри на то, что я краснею! Это ни о чём, кроме моего смущения, не говорит!

— Тогда зачем мне была нужна такая специфическая штука?

У Элора меняется выражение лица: будто его наотмашь бьёт озарением и утаскивает в мир мыслей.

Но вскоре расплывшийся взгляд вновь фокусируется на мне: