Мастер-Девил

— Эй, отпусти меня, — попыталась я было вырваться.

— Сейчас, — прошептал он мне на ушко, заходя опять в душевую кабинку и закрывая за собой створку. — Вот теперь — пожалуйста, — с этими словами он отпустил меня, одновременно включая воду.

— Кейн, я же одетая, — взвизгнула я, но поздно — одежда мгновенно промокла насквозь.

— И что? Мы сейчас это исправим, — радостно заметил он, снимая с меня футболку.

„И зачем ты ее вообще позаботилась надеть?“ — риторически поинтересовался внутренний голос.

Кейн тем временем снимал с меня отяжелевшие от воды и поэтому липнущие к телу брюки. Мне пришлось опереться о стену, чтобы не упасть, пока он освобождал из плена сначала одну ногу, потом вторую.

— Вот так гораздо лучше, — промурлыкал Кейн, отшвыривая мокрую ткань ногой в угол душевой кабины и откровенно разглядывая мое тело.

Поскольку белье я так и не успела надеть, снимать больше было нечего, и я была, так сказать, выставлена на полное обозрение.

Кейн неожиданно развернул меня к себе спиной.

— Тебя тоже надо вымыть, — сообщил он, — А то нечестно получается. Я с себя смыл все следы этого пойла, а на твоей коже все еще остаются отпечатки рук ублюдков, лапавших тебя.

Я возмущенно дернулась, но Кейн не дал мне возможности отойти, прижав к себе.

— Тихо, тихо. Я не упрекаю, это просто констатация факта, — прошептал он, доставая гель для душа.

Я все еще пыталась вырваться, но после того, как его руки заскользили по моему телу, расслабилась и готова была замурлыкать, как котенок, откинув голову назад на его плечо.

Кейн методично намылил каждый дюйм моего тела спереди — руки, живот, грудь. Когда его пальцы коснулись моих уже напряженных сосков, я дернулась от острого ощущения, пронзившего меня, но парень словно не заметил этого, заканчивая, разворачивая меня к себе лицом, прижимая к себе грудью и принимаясь за мою спину. Мою попу он намыливал особенно тщательно. Я уже откровенно тихо постанывала под его ласками, но Кейн с невозмутимым лицом не реагировал на мои приставания, продолжая свое дело. Хотя нет, нельзя сказать, что никакой реакции не было — эрекция была явной и ощутимой. Я начала тереться о нее, тем более, что намыленная кожа облегчала этот процесс, и потянулась к губам Кейна. Он продолжал делать вид, что не замечает этого. Тогда я приподнялась, укусила его за мочку уха и промурлыкала:

— Кейн…

Он бросил притворяться, что не замечает меня, и с тихим рычанием поцеловал.

Горячие струи воды падали на нас, разбиваясь на сотни маленьких капель, смывая мыльную пену с моей кожи и темноту с моего сердца. Я таяла в объятиях Кейна, ощущая себя любимой. Почему-то именно сейчас я осознала окончательно, что он любит меня.

Не хотелось ни спорить, ни выяснять отношения, ни сердиться. Осталось только одно желание — принадлежать ему, отдаться целиком и полностью, не только телом, но и душой. Жар между моих ног только подогревал это желание, грозя поглотить меня целиком.